КРИТЕРИИ ВЫБОРА ИМПУЛЬСНОГО МЕТОДА ДЕКОЛЬМАТАЦИИ ФИЛЬТРОВ И ПРИФИЛЬТРОВОЙ ЗОНЫ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ СКВАЖИН ПРИ ПОДЗЕМНОМ ВЫЩЕЛАЧИВАНИИ УРАНА

УДК 622.765:553.495:622.276

Аннотация

В работе сформирован подход к выбору импульсного метода восстановления проницаемости кольматированных фильтров и прифильтровой зоны технологических скважин при подземном выщелачивании урана. Комплексный анализ включает гидродинамические проявления снижения дебита, геохимические механизмы осадкообразования и эксплуатационные ограничения, обусловленные конструкцией фильтра и глубиной продуктивного интервала. Показано, что механическая, химическая и биологическая кольматации представляют собой взаимосвязанные процессы, определяющие деградацию фильтрационной способности системы «скважина – пласт». Для сравнительной оценки импульсных технологий (заряды ВВ, электровзрыв, пневмовзрыв и газодетонационные методы) предложен интегральный критерий ресурсной эффективности, учитывающий прирост дебита, энергетические затраты и уровень технологического риска. Обосновано, что выбор метода только по величине импульсной энергии не обеспечивает оптимального технологического решения. С учётом экспериментальных данных установлено, что при рациональном подборе параметров импульсного воздействия прирост дебита может достигать 1,8-2,6 раза при сохранении эффекта в течение 6-8 мес. Показано, что для полимерных фильтров наиболее предпочтительны электровзрывной и пневмоимпульсный методы, тогда как микровзрывное воздействие с применением детонационного шнура и заряды малой мощности сохраняют высокую эффективность при глубокой кольматации скважин с металлическими фильтрами. Полученные результаты могут служить основой для разработки технологических регламентов восстановления производительности скважин на урановых месторождениях Узбекистана.

Abstract

A scientifically and engineering-based approach to selecting an impulse method for restoring the permeability of colmated well screens and the near-filter zone of technological wells in uranium in-situ leaching is developed in this study. The comprehensive analysis includes hydrodynamic manifestations of production decline, geochemical mechanisms of precipitation, and operational constraints determined by screen design and the depth of the productive interval. It is shown that mechanical, chemical, and biological clogging are interrelated processes governing the degradation of the filtration capacity of the “well–formation” system. For the comparative evaluation of impulse technologies (explosive charges, electro-explosive, pneumatic impulse, and gas-detonation methods), an integral criterion of resource efficiency is proposed, taking into account production rate increase, energy consumption, and the level of technological risk. It is substantiated that selecting a method solely based on the magnitude of impulse energy does not ensure an optimal technological solution. Based on experimental data, it has been established that, with rational selection of impulse treatment parameters, the production rate can increase by 1.8–2.6 times, with the effect maintained for 6–8 months. It is demonstrated that electro-explosive and pneumatic impulse methods are most preferable for polymer screens, whereas micro-explosive treatment using detonating cord and low-power charges remains highly effective for deeply clogged wells equipped with metallic screens. The obtained results can serve as a basis for developing technological regulations for restoring the productivity of ISL wells at uranium deposits in Uzbekistan.

Ключевые слова: подземное выщелачивание урана, кольматация фильтра, прифильтровая зона, импульсные методы воздействия, электровзрыв, пневмовзрыв, газодетонация, детонационный шнур, ПЭ (полиэтилен), ПВХ (поливинилхлорид), восстановление проницаемости.

Keywords: uranium in-situ leaching (ISL), well screen clogging, near-filter zone, impulse stimulation methods, electro-explosive method, pneumatic impulse, gas detonation, detonating cord, polyethylene (PE), polyvinyl chloride (PVC), permeability restoration.

Введение

В системах подземного выщелачивания урана эксплуатационная эффективность технологических скважин в решающей степени определяется состоянием фильтра и прилегающей пористой среды. В процессе длительной работы формируется совокупность взаимосвязанных процессов, включающая миграцию и аккумуляцию тонкодисперсных частиц, химическое осаждение карбонатных и железистых соединений, а также развитие биоплёночных структур. Указанные процессы приводят к снижению проницаемости прифильтровой зоны, росту гидравлического сопротивления и искажению фильтрационного поля в околоскважинном пространстве [1-5, 8-11].

Несмотря на значительное количество публикаций, посвящённых отдельным технологиям регенерации фильтров, в производственной практике отсутствует универсальная инженерная основа для выбора метода воздействия с учётом конкретных геолого-технических условий [1, 12-18]. В этой связи целью настоящей работы является разработка обобщённого критерия выбора импульсного способа декольматации фильтров и прифильтровой зоны урановых ПВ-скважин с учётом природы кольматации и конструкционных ограничений.

Материалы и методы исследования

Методическая база исследования сформирована на основе материалов диссертационной работы автора и включает:

а) гидродинамическое описание процессов снижения дебита;

б) систематизацию механизмов кольматации;

в) сравнительный анализ импульсных технологий воздействия;

г) формирование инженерного критерия выбора метода.

Гидродинамическое поведение скважины в первом приближении может быть описано законом фильтрации Дарси [2]:

                                                                (1)

где     k ‒ коэффициент проницаемости прифильтровой зоны, м²; A ‒ площадь фильтрационного сечения, м²; ΔP ‒ перепад давления, Па; μ ‒ динамическая вязкость раствора, Па·с; L ‒ длина фильтрационного пути, м.

Снижение проницаемости во времени вследствие кольматации может быть аппроксимировано экспоненциальной зависимостью [2, 5]:

                                                       (2)

где k₀ – начальная проницаемость; α – коэффициент интенсивности кольматации, отражающий совокупное влияние механических, химических и биологических факторов.

В условиях подземного выщелачивания существенную роль играют процессы химической кольматации, обусловленные образованием труднорастворимых соединений, прежде всего карбонатов и гидроксидов железа [5, 8, 11]:

Выражения (1) и (2) описывают снижение дебита за счет уменьшения проницаемости прифильтровой зоны и отражают интегральное влияние процессов кольматации на гидродинамическое состояние системы «скважина–пласт». Для химической кольматации наибольшее значение в условиях ПВ имеют реакции образования карбонатных и железистых осадков:

Ca²⁺ + CO₃^2– → CaCO₃↓,                                                   (3)

4Fe²⁺ + O₂ + 6H₂O → 4Fe(OH)₃↓                                             (4)

Для сопоставления способов восстановления введен условный критерий выбора

                                                            (5)

где ΔQ – прирост дебита после обработки; E – эффективная энергия импульса или ее технологический аналог; R_риск – безразмерный коэффициент риска, учитывающий вероятность повреждения фильтра, требования безопасности и организационные ограничения.

С учётом особенностей распределённых источников энергии (в частности, микровзрывного воздействия с применением детонационного шнура) критерий (5) может быть дополнен коэффициентом пространственной равномерности воздействия:

                                                       (6)

где ψ характеризует степень равномерности распределения импульсной энергии вдоль фильтрового интервала.

Несмотря на упрощенный характер, критерий η удобен для предварительного инженерного ранжирования методов на одном объекте.

C целью уточнения сравнительной оценки импульсных технологий в настоящей работе дополнительно выделен микровзрывной метод с применением детонационного шнура как самостоятельный тип воздействия, отличающийся распределённым характером передачи энергии.

Интегральные технологические характеристики рассматриваемых методов, включая микровзрывное воздействие, приведены в табл. 1.

Таблица 1. Интегральные технологические характеристики импульсных методов воздействия с учётом микровзрывного эффекта

Как следует из данных табл. 1, включение микровзрывного воздействия в сравнительный анализ принципиально изменяет распределение интегрального показателя эффективности η.

В отличие от точечных взрывных методов, характеризующихся высоким энергетическим потенциалом, но значительным уровнем технологического риска, микровзрывный метод обеспечивает более благоприятное соотношение между интенсивностью воздействия и безопасностью применения [12, 19-21].

Наибольшее значение критерия η (0,58–0,65) для микровзрывного воздействия обусловлено сочетанием двух факторов: высокой плотности энергии импульса и его пространственно распределённого характера вдоль фильтрового интервала. Это обеспечивает более равномерную декольматацию прифильтровой зоны по сравнению с локальными методами воздействия.

Электровзрывной метод занимает близкое по эффективности положение (η ≈ 0,53), что связано с низким уровнем риска и возможностью точной регулировки параметров импульса [14, 15]. Пневмовзрывные и газодетонационные методы характеризуются умеренными значениями η и могут рассматриваться как компромиссные решения в условиях ограничений по оборудованию или безопасности [16-18].

Таким образом, полученные результаты показывают, что максимальная энергетика воздействия не является определяющим фактором эффективности, а решающую роль играет характер распределения импульсной энергии в прифильтровой зоне.

Для наглядного сопоставления ключевых параметров импульсных методов дополнительно построена комбинированная диаграмма (рис. 1), отражающая различия в эффективности, радиусе воздействия и уровне риска.

Рисунок 1. Нормализованное сопоставление параметров импульсных методов

Следует отметить, что представленные параметры имеют различную физическую размерность, поэтому диаграмма носит иллюстративный характер и используется для качественного анализа.

С учетом полученных результатов сравнительного анализа и введенного интегрального критерия эффективности η возникает необходимость формализации процедуры выбора рационального метода импульсного воздействия.

Для этой цели разработан алгоритм принятия инженерного решения, учитывающий тип фильтра, характер кольматации и условия эксплуатации скважины (рис. 2).

Представленный алгоритм отражает поэтапный переход от оценки геолого-технических условий к выбору рационального метода импульсного воздействия. На первом этапе определяется тип фильтра (полимерный или металлический), глубина интервала и характер кольматации (механическая, химическая или биологическая).

На втором этапе осуществляется расчет интегрального критерия эффективности η, позволяющего сопоставить методы с учетом прироста дебита, энергетических затрат и уровня технологического риска.

Рисунок 2. Алгоритм выбора импульсного метода для ПВ-скважины с учетом критерия η и характера воздействия

Особенностью алгоритма является учет распределенного характера микровзрывного воздействия с применением детонационного шнура, который обеспечивает более равномерную обработку фильтрового интервала и может рассматриваться как приоритетный метод при протяженной и комбинированной кольматации.

На этапе реализации воздействия предусматривается регулирование параметров импульса (амплитуды, числа циклов и конфигурации заряда), что обеспечивает адаптацию метода к конкретным условиям скважины.

Заключительный этап включает мониторинг устойчивости эффекта в течение 6–8 месяцев и корректировку режима обработки при необходимости.

Таким образом, предложенный алгоритм представляет собой практическую реализацию интегрального критерия η и обеспечивает переход от эмпирического выбора метода к научно обоснованному инженерному решению.

Результаты

Сопоставление импульсных методов показало, что максимальная энергия воздействия не может рассматриваться как единственный критерий выбора технологического решения. Заряды малой мощности обеспечивают наибольший радиус воздействия (до 0,8 м) и эффективное разрушение плотных кольматационных перемычек, однако область их применения ограничена прочностными характеристиками фильтра и требованиями промышленной безопасности [12, 19, 21]. В связи с этим их использование оправдано преимущественно для скважин с металлическими фильтрами и глубокой кольматацией прифильтрового интервала.

Электровзрывное воздействие характеризуется иным балансом свойств. Импульс формируется электрическим разрядом в водной среде и сопровождается развитием ударной волны, кавитационных эффектов и кратковременных акустических колебаний. Регулирование энергии за счёт изменения емкости и напряжения позволяет управлять глубиной обработки без риска повреждения полимерных фильтров [14–15]. Согласно имеющимся данным, серия импульсов обеспечивает почти двукратный прирост дебита кольматированных ПВ-скважин при сохранении эффекта в последующие месяцы.

Пневмовзрывной метод рационален в условиях, где требуется мягкое, но многократно повторяемое гидродинамическое воздействие. Расширение сжатого газа вызывает локальный гидроудар и смену направления фильтрационных потоков, что эффективно разрыхляет глинисто-биогенные отложения в слабосцементированных песчаных породах. Газодетонационный способ занимает промежуточное положение, обеспечивая формирование импульса давления меньшей амплитуды по сравнению с твердыми ВВ, однако достаточной для разрушения кольматанта в условиях ограниченной энергетической базы [18, 19, 21].

В развитие сравнительного анализа в настоящей работе дополнительно рассмотрены результаты микровзрывного воздействия с применением детонационного шнура, реализующего распределённый линейный источник энергии вдоль фильтрового интервала.

В отличие от классических зарядов ВВ, микровзрывной метод формирует распределённый линейный источник энергии, обеспечивающий более равномерное радиальное распространение ударной волны вдоль интервала фильтра. При детонации шнура с линейной плотностью заряда 12–20 г/м (на основе ПЭТН) в водной среде формируется кратковременный импульс давления, который можно оценить в первом приближении зависимостью:

                                          (7)

где P₀ – давление вблизи источника; r₀ – эффективный радиус заряда; n – показатель затухания (для водонасыщенной пористой среды n=1,5–2,0).

Импульсное воздействие приводит к разрушению цементирующих перемычек (карбонатных и железистых), деструкции биоплёнок, кратковременной декомпрессии порового пространства и перераспределению фильтрационных потоков [8, 10, 19-21].

Интегральный эффект воздействия характеризуется импульсом давления:

                                                         (8)

что принципиально отличает микровзрыв от квазистатических методов, поскольку эффективность разрушения кольматанта определяется не только амплитудой давления, но и скоростью его нарастания.

Экспериментальные результаты

Полевые испытания, выполненные на группе технологических ПВ-скважин, показали устойчивое улучшение их гидродинамических характеристик после микровзрывного воздействия.

Установлено, что дебит скважин увеличивается с 0,6–0,9 м³/ч до 1,5–2,3 м³/ч, что соответствует росту в 1,8–2,6 раза. Одновременно наблюдается снижение фильтрационного сопротивления прифильтровой зоны на 35–55%, что свидетельствует о существенном восстановлении проницаемости околоскважинного пространства.

Анализ временной динамики процесса показывает, что максимальный эффект достигается в первые 24–72 часа после обработки, что связано с интенсивным разрушением кольматирующих отложений и перераспределением фильтрационных потоков. В дальнейшем система переходит в квазистационарное состояние, характеризующееся стабилизацией дебита на повышенном уровне.

Продолжительность положительного эффекта составляет не менее 6 месяцев, что сопоставимо или превышает показатели традиционных импульсных методов [12, 14-18], что указывает на высокую устойчивость достигнутого результата.

Особое значение имеет конфигурация источника импульсной энергии. Установлено, что применение двух параллельных нитей детонационного шнура с линейной плотностью заряда порядка 15 г/м обеспечивает оптимальное сочетание интенсивности воздействия и сохранности конструкции фильтра. Данное решение позволяет сформировать распределённое поле давления вдоль фильтрового интервала и избежать локальных перегрузок, характерных для точечных взрывных методов.

Таким образом, полученные экспериментальные данные подтверждают высокую эффективность микровзрывного воздействия и его технологическое преимущество при обработке кольматированных ПВ-скважин.

Обсуждение

Полученные результаты имеют существенное практическое значение, поскольку урановые ПВ-скважины функционируют в условиях постоянно изменяющихся гидродинамических и геохимических параметров. Как показано в работе, формирование кольматирующих отложений обусловлено нарушением равновесия системы «раствор–порода», что приводит к интенсивному осаждению карбонатов при повышении pH и выпадению гидроксидов железа при увеличении окислительно-восстановительного потенциала среды [5, 8, 10, 11]. В этих условиях механическая, химическая и биологическая кольматация проявляются как взаимосвязанные процессы, определяющие деградацию фильтрационной способности прифильтровой зоны.

Полученные экспериментальные данные подтверждают, что эффективность восстановления проницаемости определяется не только величиной импульсной энергии, но и характером её пространственного распределения. В частности, микровзрывное воздействие с применением детонационного шнура обеспечивает более равномерное вовлечение объёма прифильтровой зоны в процесс разрушения кольматанта, что согласуется с современными представлениями о распространении ударных волн в водонасыщенных пористых средах [19-21].

С практической точки зрения предложенный интегральный критерий η следует рассматривать совместно с системой качественных ограничений, обусловленных конструкцией скважины и требованиями безопасности. Даже при высоком расчётном значении η применение взрывных методов должно быть ограничено для фильтров из полимерных материалов (ПЭ, ПВХ) ввиду риска их повреждения. В то же время электровзрывной и пневмоимпульсный методы, обладая несколько меньшим радиусом воздействия, демонстрируют высокую технологическую надёжность за счёт возможности многократного повторения циклов и контролируемого режима обработки [14-17].

Особое место в системе методов занимает микровзрывное воздействие, которое при умеренном уровне риска обеспечивает максимальное значение интегрального показателя эффективности за счёт сочетания высокой плотности энергии и распределённого характера её передачи вдоль фильтрового интервала. Это позволяет рассматривать данный метод как приоритетный для условий протяжённой и комбинированной кольматации.

Таким образом, рациональный выбор метода формируется на пересечении трёх ключевых факторов: прироста дебита, допустимого уровня технологического риска и совместимости с конструкцией завершения скважины. Предложенный критерий η и разработанный алгоритм выбора обеспечивают переход от эмпирического подхода к научно обоснованному инженерному решению.

Следует отметить, что предложенный алгоритм ориентирован на первичный этап принятия решения и в дальнейшем должен дополняться результатами прямой диагностики скважины, геохимическим анализом состава кольматанта и, при необходимости, комбинированием импульсных методов с реагентной обработкой. Это особенно актуально для песчаных ураноносных горизонтов, где механическая и химическая кольматация развиваются одновременно и требуют комплексного технологического воздействия.

Заключение

В результате выполненного исследования установлено, что снижение производительности технологических ПВ-скважин обусловлено комплексным воздействием механических, химических и биологических процессов кольматации, приводящих к деградации проницаемости прифильтровой зоны.

Показано, что эффективность восстановления фильтрационных свойств определяется не только величиной импульсной энергии, но и характером её пространственного распределения, а также конструкционными особенностями фильтра.

Разработан интегральный критерий выбора импульсного метода, учитывающий прирост дебита, энергетические затраты и уровень технологического риска, а также предложен алгоритм принятия инженерного решения, обеспечивающий обоснованный выбор технологии в конкретных геолого-технических условиях.

Установлено, что микровзрывное воздействие с применением детонационного шнура обеспечивает максимальную ресурсную эффективность за счёт сочетания высокой плотности энергии и распределённого характера воздействия, что позволяет достигать увеличения дебита в 1,8–2,6 раза при устойчивости эффекта до 6 месяцев и более.

Полученные результаты могут быть использованы при разработке регламентов восстановления производительности ПВ-скважин на урановых месторождениях и адаптированы к аналогичным условиям песчаных коллекторов.

Список литературы:

1. Smith J., Brown R. Enhanced permeability in uranium in-situ leaching: A review // Journal of Mining Science. – 2022. – Vol. 58. – P. 45–60.
2. Dullien F.A.L. Porous Media: Fluid Transport and Pore Structure. – New York: Academic Press, 1992. – 560 p.
3. Kalinin V.A. Reactive transport modeling for uranium ISR processes // Hydrogeology Journal. – 2020. – Vol. 28, No. 3. – P. 801–815.
4. Oryngozhin Y.S. In-situ leaching technology for uranium deposits // Eurasian Mining. – 2021. – No. 2. – P. 31–35.
5. Кадыров К.М., Махкамов Б.А. Геохимические и гидродинамические основы эксплуатации урановых месторождений. – Ташкент: Фан, 2020. – 215 с.
6. Bartha B., Molnár M., Varga G. Application of PHREEQC geochemical model in uranium mine environments // Environmental Earth Sciences. – 2016. – Vol. 75, No. 8. – Article 706.
7. Steefel C.I., Appelo C.A.J., Arora B. et al. Reactive transport codes for subsurface environmental simulation // Computational Geosciences. – 2015. – Vol. 19. – P. 445–478. doi:10.1007/s10596-014-9443-x.
8. Иванов П.А. Проблемы кольматации фильтров при СПВ. // Гидрогеология и инженерная геология, 2018, № 2, с. 45–52.
9. Артыков Ж.Н. Химическая кольматация при выщелачивании урана // Технология и техника добычи полезных ископаемых – 2021. – No. 2. – с. 33–39.
10. Горшков А.И. Микробиологические процессы в геотехнологических системах. Новосибирск, СО РАН, 2015. – 248 с.
11. IAEA. Manual of Acid In Situ Leach Uranium Mining Technology. – Vienna: International Atomic Energy Agency, 2001. – 175 p.
12. Tikhonov A., Rudenko S. Shock-wave impact on uranium-bearing aquifers // Journal of Applied Geophysics. – 2022. – Vol. 197. – Article 104579.
13. Paterson L., Cooke D. Impulse technologies for well productivity restoration // Journal of Petroleum Science. – 2018. – Vol. 62, No. 3. – P. 125–137.
14. Egorov S.N., Kravchenko M.Y. Cavitation effects in electro-explosive well cleaning // Vestnik gornoi nauki. – 2022. – No. 2. – P. 91–99.
15. Отчёт ОАО «Навоийский горно-металлургический комбинат». Результаты натурных испытаний по восстановлению производительности ПВ-скважин методом электровзрывного импульса. ЦНИЛ, - Навои. 2022.
16. Третьяков В.А. Пневмоимпульсные методы очистки фильтровых скважин. Москва: Недра, 2012. – с. 128
17. Отчёт ЦНИЛ НГМК. Испытания пневмовзрывных установок на месторождении Майлы. Навои, 2022.
18. Отчёт ОАО «Навоийский горно-металлургический комбинат». Испытания газодетонационного метода восстановления скважин. ЦНИЛ, 2022. – с 17.
19. Cole R.H. Underwater Explosions. – Princeton: Princeton University Press, 1948. – 440 p.
20. Biot M.A. Theory of propagation of elastic waves in a fluid-saturated porous solid // Journal of the Acoustical Society of America. – 1956. – Vol. 28, No. 2. – P. 168–191. doi:10.1121/1.1908239.
21. Orlenko L.P. Physics of Explosion and Impact. – Moscow: Fizmatlit, 2017. – 408 p.

References:

1. Smith J., Brown R. Enhanced permeability in uranium in-situ leaching: A review. Journal of Mining Science, 2022, vol. 58, pp. 45–60.
2. Dullien F.A.L. Porous Media: Fluid Transport and Pore Structure. New York, Academic Press, 1992. 560 p.
3. Kalinin V.A. Reactive transport modeling for uranium ISR processes. Hydrogeology Journal, 2020, vol. 28, no. 3, pp. 801–815.
4. Oryngozhin Y.S. In-situ leaching technology for uranium deposits. Eurasian Mining, 2021, no. 2, pp. 31–35.
5. Kadyrov K.M., Makhkamov B.A. [Geochemical and hydrodynamic foundations of uranium deposit exploitation]. Tashkent, Fan Publ., 2020. 215 p. (In Russ.)
6. Bartha B., Molnár M., Varga G. Application of PHREEQC geochemical model in uranium mine environments. Environmental Earth Sciences, 2016, vol. 75, no. 8, article 706.
7. Steefel C.I., Appelo C.A.J., Arora B., et al. Reactive transport codes for subsurface environmental simulation. Computational Geosciences, 2015, vol. 19, pp. 445–478. doi:10.1007/s10596-014-9443-x.
8. Ivanov P.A. [Problems of filter clogging in in-situ leaching]. Gidrogeologiya i inzhenernaya geologiya, 2018, no. 2, pp. 45–52. (In Russ.)
9. Artykov Zh.N. [Chemical clogging during uranium leaching]. Tekhnologiya i tekhnika dobychi poleznykh iskopaemykh, 2021, no. 2, pp. 33–39. (In Russ.)
10. Gorshkov A.I. [Microbiological processes in geotechnological systems]. Novosibirsk, SO RAN Publ., 2015. 248 p. (In Russ.)
11. IAEA. Manual of Acid In Situ Leach Uranium Mining Technology. Vienna, International Atomic Energy Agency, 2001. 175 p.
12. Tikhonov A., Rudenko S. Shock-wave impact on uranium-bearing aquifers. Journal of Applied Geophysics, 2022, vol. 197, article 104579.
13. Paterson L., Cooke D. Impulse technologies for well productivity restoration. Journal of Petroleum Science, 2018, vol. 62, no. 3, pp. 125–137.
14. Egorov S.N., Kravchenko M.Y. Cavitation effects in electro-explosive well cleaning. Vestnik gornoi nauki, 2022, no. 2, pp. 91–99.
15. Otchet OAO “Navoiiskii gorno-metallurgicheskii kombinat”. [Results of field tests on restoring productivity of ISL wells using the electro-explosive impulse method]. TsNIL, Navoi, 2022. (In Russ.)
16. Tretyakov V.A. [Pneumo-impulse methods for cleaning filter wells]. Moscow, Nedra Publ., 2012. 128 p. (In Russ.)
17. Otchet TsNIL NGMK. [Tests of pneumatic-explosive installations at the Maily deposit]. Navoi, 2022. (In Russ.)
18. Otchet OAO “Navoiiskii gorno-metallurgicheskii kombinat”. [Tests of the gas-detonation method for well restoration]. TsNIL, 2022. 17 p. (In Russ.)
19. Cole R.H. Underwater Explosions. Princeton, Princeton University Press, 1948. 440 p.
20. Biot M.A. Theory of propagation of elastic waves in a fluid-saturated porous solid. Journal of the Acoustical Society of America, 1956, vol. 28, no. 2, pp. 168–191. doi:10.1121/1.1908239.
21. Orlenko L.P. [Physics of Explosion and Impact]. Moscow, Fizmatlit Publ., 2017. 408 p. (In Russ.)