Ценностная картина мира русской культуры в паремиологическом контексте (на материале пословиц с компонентами-наименованиями природных стихий)

The value world image of the russian culture in the paremiological context (on the material of proverbs with the names of natural elements)
Цитировать:
Сулейманова Я.О. Ценностная картина мира русской культуры в паремиологическом контексте (на материале пословиц с компонентами-наименованиями природных стихий) // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2017. № 6 (40). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/4930 (дата обращения: 19.01.2022).
Прочитать статью:
Keywords: value world image, proverb, associative image, cultural (national cultural) connotation

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена анализу оценочной семантики русских пословиц с компонентами огонь, вода, земля и воздух и выявлению ценностей русской культуры, содержащихся во внутренней форме фольклорных афоризмов. Рассматривается понятие и особенности ценностной картины мира. Определяется сущность культурной (культурно-национальной) коннотации как способа передачи информации о ценностях языкового сообщества.

ABSTRACT

The article focuses on the analysis of evaluative semantics of Russian proverbs with fire, water, earth and air as components, and on the identification of Russian cultural values that are found in the inner form of the folk sayings. The research covers the understanding and peculiarities of the value world image. The paper defines the essence of cultural (national cultural) connotation as the means of conveying the information about values of a language society.

 

Язык и культура находятся в постоянном взаимодействии. Этот факт отмечали многие лингвисты, среди которых, в частности, А. А. Вежбицкая, В. И. Карасик, О. А. Потебня, Э. Сепир и другие. Культурные смыслы пронизывают буквально все языковые уровни, но особый интерес в этом отношении вызывает лексический состав языка, в особенности устойчивые фольклорные выражения – пословицы. Народные афоризмы являются неотъемлемой частью языковых средств выражения ценностной картины мира, поскольку формируют источник ценностных ориентиров для определённого культурного сообщества. Пословицы служат своеобразным способом подведения итогов общественного опыта. Несмотря на то, что фольклорные афоризмы давно представляют интерес для лингвистических исследований, в частности структурных, стилистических и когнитивных, изучение пословиц в аспекте ценностной картины мира актуально в связи с современной антропоцентрической тенденцией в языкознании. Более того, образы стихий, которые мотивируют переносное значение пословиц, связаны с сакральными и мифологическими представлениями о мире, в связи с чем их исследование позволит пролить свет на ключевые ценности русского языкового общества.

Целью статьи является выделение культурных ценностей в русских пословицах с компонентами огонь, вода, земля и воздух.

Понимание языковой «картины мира» достаточно активно разрабатывается в лингвистике второй половины ХХ века. Сущность этого термина заключается в том, что представление об окружающем мире, основанное на результатах познавательной деятельности человека, находит своё отображение в языке. Структура языковой картины мира состоит, по мнению В. Шлюхтера, из когнитивного (познавательного) и нормативно-оценочногоэлементов [6, с. 103]. В лингвокультурологии нормативно-оценочный элемент служит отдельным предметом исследования и представлен в качестве ценностной картины мира. Как отмечает В. И. Карасик, она отображается в языке с помощью оценочных суждений, которые согласовываются с определёнными кодексами (юридическими, религиозными, моральными), общепринятыми рациональными суждениями, типичными народными и популярными литературными сюжетами. Ценностная картина мира включает общечеловеческую (универсальные ценности) и национально-специфическую части (различная оценочная квалификация объектов и различные комбинации ценностей). В. И. Карасик также полагает, что ценностная картина мира содержит важнейшие для определённой культуры смыслы, культурные доминанты (так называемые константы или культурные концепты), совокупность которых образует специфический тип культуры, фиксируемый в языке [2, с. 117-118].

По справедливому замечанию В. А. Масловой, особая роль в исследованиях картины мира, в частности ценностной, принадлежит фразеологическому составу языка, к которому относятся и пословицы, так как в нём отражается многовековой процесс культурного развития и фиксируется опыт многих поколений, включающий культурные установки, стереотипы, эталоны и архетипы [3, с. 81]. Культурные семы содержатся во внутренней форме устойчивых фольклорных выражений (пословиц) и выявляются с помощью культурной (культурно-национальной) коннотации, которая определяется в общем смысле как «интерпретация денотативного или образно мотивированного, квазиденотативного, аспектов значения в категориях культуры» [7, с. 214]. Именно ассоциативный образ, лежащий в основе культурной коннотации, является тем ключом, который раскрывает культурно-национальную информацию, так как аккумулирует в себе эмпирические, духовные и исторические знания языкового коллектива. Как отмечает В. Н. Телия, интерпретация образного основания и составляет содержание культурно-национальной коннотации [7, с. 214-215]. Следует отметить, что особенность коннотативного способа отображения ценностей заключается, по мнению Т. Б. Радбиля, в том, что оценка проявляется ассоциативно и имплицитно, а не извлекается непосредственно из лексического значения, как при денотативном способе [5, с. 256].

Учитывая то, что пословицы являются культурными стереотипами (согласно В. А. Масловой – «стереотипами народного сознания»), соотнесение ассоциативного значения ключевых образов народных афоризмов с ситуациями, которые они отображают, раскрывает их культурную коннотацию.  Поскольку в культурной коннотации содержится отношение языкового коллектива к явлению реальности, становится возможным определить зафиксированную в пословице оценку, которая, в свою очередь, служит основой для формирования ценности. 

Для анализа были отобраны образные пословицы с компонентами-наименованиями стихий. Безóбразные пословицы, имеющие форму очевидной истины (например, «рыбам вода, птицам воздух, а человеку – вся земля»; «огонь беда, и вода беда, а без огня и воды – и пуще беды») не вошли в исследование. С помощью лексико-семантического метода в анализируемых пословицах выявляются переносные, образные значения, а также ценностные семы. Метод контекстуального анализа позволяет определить семантику компонентов-наименований стихий в составе пословицы. Следует отметить, что смысл пословицы может быть неоднозначным и меняться в зависимости от значения ассоциативно-образного основания.

В результате исследования было установлено, что пословицы с компонентами-наименованиями стихий содержат ценности личностного характера и социализированные ценности. В частности, исследуемые устойчивые народные выражения указывают на высокую значимость трудолюбия, осуждая леность и бездействие. Например, образное значение пословицы «под лежачий камень вода не течёт» [1, c. 256] предполагает, что дело не сдвинется с места при отсутствии действий. Образ воды в фольклорном афоризме ассоциируется с динамической силой, обновлением, которое, тем не менее, обходит «лежачий камень» стороной. Следовательно, пословица апеллирует к тому, что, ничего не предпринимая, нельзя привлечь в свою жизнь новые события, результаты и т. д. Аналогичную идею содержит народное выражение «воду в ступе толочь – вода и будет», где водная стихия образно сопоставляется с бесполезным делом. В этом случае фольклорная мудрость гласит, что бесполезная деятельность не имеет смысла и является пустой тратой времени.  

Образное значение выражения «вола зовут не пиво пить, а хотят на нём воду возить» [1, c. 70] также порицает безделье. Праздное времяпрепровождение («пиво пить») в пословице противопоставляется полезному действию («воду возить»). Образ воды символизирует источник жизненной силы, поэтому «возить воду» означает заниматься жизненно необходимой деятельностью. Однако вышеуказанный народный афоризм в некоторых контекстах может приобретать и негативный смысл, так как имеет отношение к рабскому труду и эксплуатации (фразеологизм «воду возить» – пользоваться чьей-либо безотказностью в делах, поручениях).

Ценность трудолюбия подчёркивается и в пословицах, содержащих образ земли.  К примеру, в народных выражениях «где хозяин ходит, там земля хлеб родит» [1, c. 84] и «если пахать плугом, то земля станет лугом» [1, c. 114] земная стихия выступает символом плодородия, которое, в свою очередь, является результатом кропотливого труда («пахать плугом»; «хозяин ходит» предполагает возделывание земли).

Пословица «воздух словами не наполнишь» [4, c. 136] также предполагает труд, поскольку указывает на то, что разговоры или обещания, не подкреплённые действиями, являются бесполезными. Воздух же в этом случае может восприниматься как пустота, наполнить (или изменить) которую помогают действия, а не разговоры.

Ценится в русской культуре также упорство и настойчивость в сочетании с терпением, что демонстрирует пословица «вода камень точит» [1, c. 141]. Народное выражение подчёркивает, что, несмотря на очевидную слабость и мягкость, водная стихия способна изменить форму твёрдой породы именно благодаря длительному воздействию.

Ценность скромности и умения довольствоваться малым в русской культуре совмещается с высокой значимостью чувства меры. Например, в пословице «лучше хлеб с водой, чем пирог с бедой» [1, c. 165] выражена негативная оценка чрезмерности, которая несёт в себе вред («пирог с бедой»). Образ воды в этом случае соотносится с источником жизни, который не содержит ничего лишнего. Ему противостоит образ пирога, указывающий на богатство, изобилие, которое, однако, подразумевает некоторые негативные последствия.

Опасность избытка подчёркивается также в пословице «водой мельница стоит, да от воды же и погибает» [4, c. 131], где образ воды совмещает качества как творца, так и разрушителя. Творческие силы водной стихии проявляются в умеренности, поскольку для работы мельницы необходим определённый объём и напор воды. Сильный поток способен разрушить конструкцию, смести всё на своём пути. О таком же исходе предупреждает народная мудрость «повадился кувшин по воду ходить, там ему и голову сломить» [1, c. 254], где образ воды также характеризуется как созидательной (при умеренности), так и разрушительной (при злоупотреблении или чрезмерности) силой. Однако следует заметить, что пословица может приобретать иной смысл и указывать на другую ценность, если учесть, что вода может ассоциироваться с чувствами, особенно любовью, а также женским началом. Согласно такой точке зрения народная мудрость «повадился кувшин по воду ходить, там ему и голову сломить» [1, c. 254] указывает на ценность верности, осуждая при этом чрезмерность в отношениях.  

В ценностной картине мира русской культуры значатся и такие важные черты характера, как предусмотрительность и дальновидность.  Фольклорный афоризм «не плюй в колодец, пригодится воды напиться» [1, c. 215] использует образ воды в роли источника жизни, поддержки. Таким образом, плюнуть в колодец означает испортить то, что даёт силы, помогает избавиться от жажды, то есть сделать какую-либо неприятность тому, чьей помощью, возможно, придётся воспользоваться в будущем. Именно предупреждение о возможных последствиях в будущем и является значимым в пословице. Несколько иначе ценность предусмотрительности подчёркивает пословица «обжёгшись на молоке, станешь дуть и на воду» [1, c. 232], где молоко противопоставляется воде как что-либо значительное – пустяковому. Используя образ водной стихии в значении мелочной проблемы, народная мудрость содержит, с одной стороны, оправдание беспокойства по пустякам (ведь это означает, что раньше человек пострадал от чего-то более серьёзного), а с другой стороны, – указание на важность умения просчитывать шаги наперёд. К тому же, отсутствие предусмотрительности может нести в себе опасность, как показывает паремия «упустишь огонь – не потушишь» [1, c. 337]. Образ огненной стихии используется в пословице как ассоциация с опасностью, ведь даже маленькая искра может вызвать пожар с огромной разрушительной силой. Пословица «не зная броду, не суйся в воду» также предупреждает о возможных негативных последствиях беспечности и содержит очевидный запрет на определённое поведение. Образ водной стихии в этом случае непосредственно связан с опасностью, которую таит в себе глубина. Фольклорное выражение в прямом значении подчёркивает необходимость обходить глубокие места в более мелких участках. В переносном же значении пословица «не зная броду, не суйся в воду» [1, c. 221] настоятельно советует изучить возможные опасные последствия каких-либо действий, предусмотреть более разумные способы достижения целей, то есть искать «брод», а не бросаться опрометчиво в «воду».

Вера в торжество правды является основанием для высокой значимости правдолюбия, честности и искренности. Так, к примеру, народная мудрость «быль что смола, а небыль что вода» [1, c. 55] содержит противопоставление смолы и воды как чего-то устойчивого, крепкого (ведь смола не растворяется в воде) и уходящего, мимолётного. Из этого следует, что правда (быль) в этом контексте торжествует над ложью, которая, в свою очередь, быстро забывается. В близкой по значению пословице «правда в огне не горит и в воде не тонет» [1, c. 265] образы стихий (огня и воды) ассоциируются с разрушительными силами, которые, однако, не способны навредить истине. Как видим, народный афоризм подчёркивает, что правда выдержит любые испытания, как бы ни старались её уничтожить, скрыть или утаить. Несколько иным способом указывает на ценность правды паремия «дыма без огня не бывает [нет дыму без огня]» [1, c. 113], подразумевая, что слухи обычно возникают на каком-либо фактическом основании, которое преувеличивается или искажается. Огненная стихия в этом случае может восприниматься как правда, то есть фактическая информация, а дым – как вуаль, скрывающая её. Исходя из этого, пословица «дыма без огня не бывает [нет дыму без огня]» [1, c. 113] содержит в своём значении позитивную оценку такого отношения к проблемной ситуации, которое заключается в умении видеть её истинную причину, даже если она завуалирована.

Признание того, что утраченного нельзя вернуть обратно, будь то время или слова, указывает на позитивное отношение к способности ценить то, что имеешь, а также к осторожности в словах. На эти свойства характера указывает, например, паремия «пролитую воду не соберёшь» [1, c. 268], в которой водная стихия, с одной стороны, может образно пониматься как речь и выступать эквивалентом пословицы «слово – не воробей: вылетит – не поймаешь», но в то же время вода может означать что-либо жизненно необходимое, значимость которого человек понимает лишь при потере. К тому же, вода может выступать в вышеуказанной пословице в роли времени, указывая на то, что его нельзя повернуть вспять, то есть упущенная возможность не возвратится никогда. Важность способности ценить уже имеющееся положение дел проявляется и в осуждении жадности в пословице «в запас воздухом не надышишься» [4, c. 136]. Воздушная стихия в этой паремии может символически восприниматься как источник жизни, ведь дышать воздухом – необходимая составляющая жизнедеятельности человека. Однако для поддержания жизни организму необходим лишь определённый объём воздуха – ровно столько, сколько вмещают лёгкие с каждым вдохом. Следовательно, негативно оценивая ненасытность, народная мудрость «в запас воздухом не надышишься» [4, c. 136] учит ценить то малое, что заставляет человека радоваться жизни.

Осторожность в эмоциональной сфере также важна в русской культуре, как и внимательное отношение к сказанному, о чём упоминалось выше. Ценность сдержанности проявляется в пословице «тихие воды глубоки» [1, c. 325], которая использует образ спокойной водной стихии в качестве эквивалента душевному равновесию, умиротворению. Вода в этом случае не способна проявить своих разрушительных свойств из-за того, что ограничена земной корой и не находит возможности проявить себя с полной силой. То же самое происходит и с эмоциями, особенно негативными, ведь если не дать им волю, возможность пагубного влияния их как на самого человека, так и на окружающих, сводится к минимуму. Указание на важность сдержанности содержится также в народном афоризме «на сердитых (обиженных) воду возят» [1, c. 190], который осуждает или, вероятнее, высмеивает беспричинный гнев, необоснованную злость, обиду. Вода, как известно, обладает успокаивающими свойствами. Именно поэтому взволнованному человеку рекомендуют попить немного воды или же умыть лицо. Кроме того, гнев ассоциируется с огнём, потушить который помогает вода. В такой интерпретации народная мудрость «на сердитых воду возят» подразумевает «тушение» негативных эмоций, их подавление.

В русской культуре также поощряется ценность любви к родине, о чём свидетельствует паремия «своя земля и в горсти мила» [1, c. 291]. Земля в контексте этой пословицы олицетворяет женское начало, мать, дающую жизнь. С образом матери в русской культуре издавна связано отношение к родине, отчизне. Родную землю, родину-мать принято почитать как ту, что даёт жизнь. Следует заметить, что эта же пословица способна комментировать и сферу семейных отношений. В этом случае земля ассоциативно связана с семьёй, родственными отношениями, ввиду чего народная мудрость «своя земля и в горсти мила» [1, c. 291] указывает на то, что какими бы ни были недостатки членов семьи, они всегда будут роднее (и милее) всех остальных людей. В таком понимании указанная пословица подчёркивает ценность семьи и кровных отношений.

Итак, ценностная картина мира русской культуры, выражаемая пословицами с компонентами-наименованиями стихий, носит социально-психологический характер, так как направлена на формирование приемлемого поведения для русского языкового общества. Примечательно, что это поведение ориентируется на основные христианские добродетели (например, трудолюбие, терпение, скромность) и непосредственно связано с образом идеального представителя культуры, а также с русским менталитетом, национальным характером и нравственными ориентирами. 


Список литературы:

1. Жуков В. П. Словарь русских пословиц и поговорок / В. П. Жуков. – М.: Рус. яз., 2000. ¬¬– 544 с.
2. Карасик В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс / В. И. Карасик – Волгоград: Перемена, 2002. – 477 с.
3. Маслова В. А. Лингвокультурология: учебное пособие для студентов высших учебных заведений / В. А. Маслова. – М.: Издательский центр «Академия», 2001. – 208 с.
4. Мокиенко В.М. Большой словарь русских пословиц. Около 70 000 пословиц / В.М. Мокиенко, Т.Г. Никитина, Е.К. Николаева – М.: ОЛМА Медиа Групп, 2010. – 1026 с.
5. Радбиль Т. Б. Основы изучения языкового менталитета: учеб. пособие / Т. Б. Радбиль. — М.: Флинта : Наука, 2010. – 328 с.
6. Савчук К. Ю. Картина світу: шляхи виникнення та тлумачення терміну / К. Ю. Савчук // Вісник ЛНУ імені Тараса Шевченка. – 2011. – № 16 (227), Ч. ІІ. – С. 100-103.
7. Телия В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты / В. Н. Телия. ‒ М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. ‒ 288 с.

Информация об авторах

аспирант Черноморского национального университета имени Петра Могилы, 54003, Украина, г. Николаев, Николаевская область, улица 68 Десантников, 10

post-graduate student of the Petro Mohyla Black Sea National university, 54003, Ukraine, Mykolaiv, Mykolaiv region, 68 Marines str., 10

Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Лебедева Надежда Анатольевна.
Top