НАСТАВНИК, ЛЕТОПИСЕЦ, КРИТИК: МОДЕЛЬ ПРИОБЩЕНИЯ ГРАЖДАН К КАЗАХСКОЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ ТРАДИЦИИ

АННОТАЦИЯ

Автор статьи, исходя из результатов общенационального опроса о наиболее читаемых книгах Казахстана, рассматривает важность казахской литературной традиции для формирования гражданской идентичности. Через произведения Абая, Жансугурова и Каратаева предложена модель приобщения к литературе, которая включает три ключевые роли: наставника, летописца и критика. Анализируя эти фигуры, автор показывает, как они способствуют сохранению культурных ценностей и воспитанию осознанного отношения к литературному наследию. Статья подчеркивает, что традиция жива, актуальна и открыта каждому, оставаясь неотъемлемой частью современного культурного контекста.

ABSTRACT

Based on the results of a nationwide survey of the most widely read books in Kazakhstan, this article examines the importance of the Kazakh literary tradition in shaping civic identity. Through the works of Abai, Zhansugurov, and Karatayev, the author proposes a model for engaging with literature that encompasses three key roles: mentor, chronicler, and critic. Analyzing these figures, the author demonstrates how they contribute to the preservation of cultural values ​​and foster a conscious attitude toward literary heritage. The article emphasizes that the tradition is alive, relevant, and open to everyone, remaining an integral part of the contemporary cultural context.

Ключевые слова: казахская литературная традиция, Национальный День книги, Абай, Жансугуров, Каратаев, гражданская идентичность, литературная преемственность.

Keywords: Kazakh literary tradition, National Book Day, Abai, Zhansugurov, Karatayev, civic identity, literary continuity.

1. Введение

В Казахстане общенациональный опрос о наиболее читаемых отечественных книгах проводился на портале электронного правительства (eGov.kz) с 23 апреля по 9 августа 2025 года. В нем приняли участие более 100 тысяч человек [6]. Стоит отметить, что в Казахстане население более 20 млн человек – это означает, что в опросе приняли участие менее 1% граждан (и не более 2% от общего числа активных пользователей eGov.kz). Это не помешало составлению списка 100 лучших произведений, среди них 92 произведения на казахском языке и 8 на русском.

Речь не о низкой литературной преемственности как об ощущении упадка культурного уровня – ведь это ощущение есть универсальный человеческий феномен. Он повторяется из века в век и больше говорит о психологии людей и обществ, чем о фактическом состоянии уровня. Малое число граждан, участвующих в национальных литературных проектах, связано с множеством причин, одна из них – отсутствие четких «точек входа» в литературу. Даже в высокотехнологичном обществе люди нуждаются в культурных опорах, и литература остается одним из немногих пространств, где формируется общая гражданская идентичность.

Цель исследования – предложить модель приобщения граждан к казахской литературной традиции через три ключевые роли: наставник – летописец – критик, где наставник вводит, летописец сохраняет и объясняет, критик развивает вкус и осознанность.

Задачи исследования: рассмотреть образ наставника через творчество Абая; проанализировать функции летописца на примере И. Жансугурова; охарактеризовать деятельность критика, опираясь на книгу М. Каратаева «От домбры до книги». Статья носит критико-аналитический характер, а предложенная модель «наставник – летописец – критик» является предварительной и будет апробироваться в дальнейшем.

2. Материалы и методы

В качестве основных материалов исследования использовались произведения казахских писателей, в том числе одно из них включено в список «100 лучших книг» по результатам общенационального опроса: «Слова назидания» Абая, «Степь» И. Жансугурова, «От домбры до книги» М. Каратаева. Для контекста также упоминаются роман «Кочевники» И. Есенберлина, поэма «Кулагер» И. Жансугурова из списка «100 лучших книг».

Методологической основой исследования является критико-аналитический подход, включающий интерпретацию художественных и публицистических текстов в контексте литературной традиции, используются сравнительный и контекстуальный методы анализа литературных текстов.

3. Результаты и обсуждение

Наставническую роль Абая показательно раскрывают его «Слова назидания», занявшие первое место в списке «100 лучших книг». Данные размышления были созданы в 1890-е годы, когда Казахстан переживал серьезные социальные перемены: усиливалось влияние капитализма и колониальной политики, рос приток переселенцев, открывались новые предприятия, формировалось социальное расслоение [3, с. 134]. Осознание необходимости обновления общества стало важной темой в творчестве Абая.

По мнению мыслителя, подлинный патриотизм проявляется в стремлении к саморазвитию, преодолению национальных комплексов и продвижению просвещения: «Но почему, вырастая, мы теряем это высокое стремление познавать мир? Почему мы точно так же, как в детстве, не забываем о еде и сне, когда нас интересует что-то неизвестное? Почему не идем за теми, кто создает науку и открывает неведомое?

Мы должны были расширять свой кругозор, умножать сокровища, с неимоверным трудом накопленные на первых порах жизни. Жажда знаний владела нами, и надо было все остальное тоже подчинить высоким порывам души» [4, с. 18].

В «Словах назидания» он выступает как наставник, который не приказывает, а рассуждает и советует. Его 45 кратких размышлений о жизни, морали, культуре и образовании остаются актуальными и сегодня. Сегодня «Слова назидания» рассматриваются как значимая часть мирового культурного наследия. Для тех, кто хочет сделать первый шаг к знакомству с казахской литературной традицией, это одно из лучших произведений.

Также в списке «100 лучших книг» есть произведения И. Есенберлина «Кочевники», И. Жансугурова «Кулагер». Роман «Кочевники» – это об истоках ханства и родоплеменной системы, более «классический» период, а поэма «Кулагер» – о трагической гибели любимого коня знаменитого акына. Для понимания сущности истории казахского народа в терминах государственности, борьбы за независимость и культурного пробуждения период 1730–1930, описанный Жансугуровым в поэме «Степь», выглядит более показательным.

Как писал сам поэт:

Родился я, рос и мужал

среди твоих вольных равнин,

Без края широкая степь!

Ты мать мне, я – кровный твой сын [1, с. 121].

Эти строки не просто поэтическое признание в любви к родной земле. Они раскрывают одну из функций поэзии первого председателя Союза писателей Казахстана Жансугурова в литературной традиции – роль летописца, того, кто сохраняет память народа. Через каждую главу, от «Бедствия» до «Свободы», поэт фиксирует судьбы людей и судьбу степи: голод, страдания, рабство, но одновременно – мужание народа, его стойкость и надежду на светлое будущее.

Казахстан многонационален, и людям разных этнических групп приходится жить и решать общие жизненные задачи вместе. Поэт посредством синтаксического параллелизма показывает, что два разных народа переживают одни и те же испытания, это намекает на их единство в беде:

Бесправье! Идут в кандалах

Русский бедняк и казах.

Набеги! Страдает казах,

А с ним и русский бедняк. [1, с. 133-134]

Автор умело сочетает документальность и художественную форму. Мы видим и голод, когда люди «доят березу», и трагедию пленной девушки в «Жертве», и горечь колониальных притеснений в «Колониальном походе». При этом Жансугуров не отдаляется от читателя – напротив, через образы аксакала и юноши-поэта он вовлекает каждого в переживание истории, заставляет чувствовать боль, тревогу и гордость за свой народ.

Именно эта «живость» истории делает «Степь» уникальной для приобщения граждан к казахской литературной традиции. Читатель не просто узнает о прошлом – он его проживает, ощущает каждую веху, каждый подвиг и испытание:

Пиши же, перо! Собирай,

что в силах ты нынче собрать.

И сердце и песни мои

кипят, как весною вода [1, с. 121].

«Ильяс – прежде всего поэт села, поэт рядового крестьянства. Он склонен прежде всего любить на селе бедняков. И действительно, Джансугуров на протяжении всей своей творческой деятельности с пафосом и радостью воспевает революционные преобразования на селе и пишет и острые сатирические произведения, разоблачая вредительство, консерватизм и происки враждебных элементов. И именно потому во вступлении к своей поэме «Степь» Ильяс Джансугуров с любовью называет казахскую степь своей матерью и матерью своего народа» [2, с. 28].

У поэта степь, как и родная сельская среда, выступает объединяющим началом – общим домом и общей памятью народа, тем самым живым источником, к которому он неизменно обращается. Именно такой символический язык, столь характерный для Жансугурова, нередко пробуждает у читателя собственные исторические ассоциации.

Под казахской литературной традицией мы подразумеваем исторически сложившуюся, живую, непрерывную культурную линию от устного творчества до современной литературы, которая сохраняет память народа, передает ценности и формирует культурную и гражданскую идентичность. Если наставник открывает двери в традицию, а летописец сохраняет живую память народа, то третья роль отводится критику (в народе говорят: «Сын түзелмей, мін түзелмейді»), и здесь центральной фигурой становится Мухамеджан Каратаев, говоривший, в частности, и о многонациональной литературе. М. Каратаев писал об И. Жансугурове: «Говорит мало, в нем нет желания ораторствовать, громко высказываться, весело выступать. Мягкий баритон, в каждом спокойно сказанном слове, неторопливо высказанном мнении ощутима свинцовая тяжесть, чувствуется железная логика и четкость мысли» [7, с. 104].

Его книга «От домбры до книги» раскрывает путь казахской литературы от устной, фольклорной культуры – символом которой служит домбра – к современной письменной традиции, то есть к книге. Книга, как и прочие другие издания, имеет свои слабые стороны, но избавлена от показной учености и тяжеловесной академичности, способной утомить даже самого терпеливого и искренне заинтересованного читателя. Именно критик учит понимать, различать глубину текста, видеть за произведением целую традицию. И главное в его методе – он дарит ту самую радость узнавания, о которой писал, полемизируя с распространенным мнением, будто критика лишена удовольствия. Для Каратаева радость возникает, когда книга «несет познание правды жизни, ощущение красоты мира, открытие нового, неизведанного в людях» [5, с. 368].

Критик, по его мысли, способен не меньше художника привести читателя к этому переживанию – при условии, что его слово точное, честное и вдохновленное. Особенно ярко это проявляется в его литературных портретах, где он сочетает биографию, глубокий анализ и личные воспоминания. Каратаев умеет находить ключ к каждому писателю, выражая их сущность емкими и точными образами: о Майлине он говорит как о «Луче в юрте», о Мусрепове – как о «Ювелире слова», о Тажибаеве – как об «Отважной искренности», об Алимжанове – как о «Музе дальних странствий» [5, с. 54].. После наставника Абая, который учит внутренней культуре, и летописца Жансугурова, который сохраняет историческую память народа, критик Каратаев завершает процесс приобщения: он формирует вкус, развивает способность различать подлинное и поверхностное, помогает читателю войти в литературу не только сердцем, но и мыслью.

4. Заключение

Таким образом, читатель, открывающий эти книги, вступает в диалог с теми смыслами, которые формировали несколько поколений, и тем самым становится участником непрерывной литературной традиции. Произведения «Степь» и «От домбры до книги», несмотря на их значимость, практически недоступны в открытом чтении и сегодня встречаются довольно редко. Тем не менее, данные произведения могут служить минимальным стартом для приобщения к казахской литературной традиции, а модель «наставник-летописец-критик» выступает ориентиром для более полного освоения этой традиции.

 Список литературы:

1. Джансугуров, И., Сейфуллин, С. Стихотворения и поэмы. – М.: Советский писатель, 1973. – 685 с.
2. Ильясоведение. Хрестоматия: учебное пособие / сост. М. М. Имангазинов, Б. Н. Есимкулов. – Талдыкорган: Жетысуский университет им. И. Жансугурова, 2023. – 395 с.
3. История Казахстана. Учебник: курс лекций / Г.М.Тургараева. – Алматы: «Эверо», 2016. – 440 с.
4. Кунанбаев А. «Слова назидания» / пер. С. Санбаева. – Алматы: Жазушы, 1970. – 126 с.
5. Каратаев, М. От домбры до книги: статьи. – М.: Советский писатель, 1969. – 399 с.
6. Определены 100 лучших книг // Национальный день книги. Офиц. сайт Национального Курултая при Президенте Республики Казахстан. – [Режим доступа]: https://www.quryltai.kz/ru/article/opredeleny-100-luchshikh-knig (дата обращения: 30.08.2025).
7. «Поэт Гражданин». – Алматы: «Жазушы», 1994. – 386 с.