ЛЕГАЛЬНАЯ ДЕФИНИЦИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА – КЛЮЧЕВОЙ ВЫЗОВ ДЛЯ ЕГО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

АННОТАЦИЯ

Прогресс в области технологий искусственного интеллекта (далее – ИИ) выступает одним из ключевых факторов трансформации современной экономики и социальной сферы. В то же время правовая наука и действующее законодательство не успевают адаптироваться к возникающим практическим вызовам: наблюдается отсутствие унифицированного понятийного аппарата, не закреплен правовой статус ИИ‑систем, остаются неурегулированными вопросы гражданско‑правовой ответственности за вред, причиненный в результате их применения. Актуальность исследования связана с трансформацией ИИ во многие отрасли, развитие ИИ открывает новые перспективы в науке и позволяет решать глобальные задачи, с которыми сталкивается человечество. В статье представлен анализ современного нормативного закрепления понятия «искусственный интеллект».

ABSTRACT

Progress in the field of artificial intelligence (hereinafter referred to as «AI») is one of the key factors driving the transformation of the modern economy and social sphere. At the same time, legal science and current legislation fail to keep pace with emerging practical challenges: there is a lack of a unified conceptual framework, the legal status of AI systems has not been established, and issues of civil liability for harm caused by their use remain unregulated. The relevance of the research stems from the transformation of various industries through the integration of artificial intelligence (AI). The development of AI opens up new scientific prospects and enables the solution of global challenges facing humanity. The article presents an analysis of the current regulatory definition of the term «artificial intelligence».

Ключевые слова: Искусственный интеллект, информационное право, правовое регулирование ИИ

Keywords: Artificial intelligence, information law, legal regulation of AI 

Введение. Искусственный интеллект уже не будущее, а настоящее: автономные автомобили, генеративные модели, создающие контент – все это меняет не только жизнь, но и правовую реальность. Цифровая трансформация заставляет переосмыслить традиционные гражданско‑правовые институты, ведь законодательство явно не успевает за технологическим прогрессом. Возникающие правовые пробелы несут риски для бизнеса и граждан. В настоящее время как никогда нужна продуманная система регулирования ИИ: она должна поощрять инновации, но при этом надежно защищать права людей и обеспечивать безопасность государства.

Цель данной работы заключается в исследовании ключевых подходов правового регулирования ИИ.

Для достижения указанной цели были поставлены следующие задачи:

- анализ правовых норм, регулирующих применение ИИ;

- изучение доктринальных подходов к пониманию ИИ.

Материалы и методы

При подготовке данной статьи использовались следующие материалы:

• законодательство Российской Федерации
• международно-правовые нормы (Закон Южной Кореи о правовом регулировании ИИ)

При подготовке статьи были использованы методы сравнительно-правового, системного и формально-юридического анализа.

Результаты и обсуждение

Несмотря на широкую распространенность термина «искусственный интеллект», в научном сообществе до сих пор отсутствует его универсальное определение. В доктрине можно выделить несколько подходов к представлению ИИ: как системы, действующей или мыслящей рационально, и как системы, имитирующей человеческое поведение или мышление [5]. Ключевыми признаками, позволяющими идентифицировать ИИ-систему, являются обучаемость, автономность, креативность и рациональность в принятии решений.

В российском законодательстве легальная дефиниция ИИ закреплена в Национальной стратегии развития искусственного интеллекта на период до 2030 года, утв. Указом Президента РФ от 10 октября 2019 г. № 490 [1] и в Федеральном законе от 24 апреля 2020 г. №123-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации – городе федерального значения Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона «О персональных данных» [2]. В соответствии с указанными актами, ИИ представляет собой «комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека и получать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые с результатами интеллектуальной деятельности человека или превосходящие их». Данное определение, установило акцент на антропоморфном сходстве, является предметом научной дискуссии, так как может быть излишне широким и не учитывать техническую специфику различных ИИ-систем.

Указанная легальная дефиниция порождает дискуссии. Прежде всего, само определение искусственного интеллекта через его сходство с человеческими когнитивными способностями является весьма спорным. Это также отличает легальное определение ИИ в российском законодательстве от нормативных актов ряда иностранных государств, поскольку в зарубежных актах искусственный интеллект определяется прежде всего через конкретные технические методы и результаты, которые могут быть получены с помощью когнитивных способностей человека.  Кроме того, предполагается, что определение понятия «технологии искусственного интеллекта» требует более точной формулировки, поскольку в указанном Федеральном законе термин и его дефиниция фактически совпадают, что создаёт логическую замкнутость.

Важно отметить, что легальная дефиниция ИИ во многом сконструирована исходя из технического восприятия технологии и широкой распространенности в предшествующих российских работах по теории ИИ термина «программно-аппаратный комплекс». В общем виде, данный термин можно назвать эквивалентом «системы искусственного интеллекта», в связи с чем можно отметить, что для нормативного определения искусственного интеллекта за основу взята именно система-носитель ИИ, а не технология и научно-технологическое направление. Предполагается, что для конкретизации и наиболее эффективной регламентации отдельные понятия разновидностей систем необходимо раскрывать в техническом регулировании, способном наиболее оперативно адаптироваться к внедрению новых технологий. В то время как на уровне федерального закона прежде всего необходимо определить ключевые требования и принципы при использовании технологий искусственного интеллекта в целом.

В настоящее время развитие искусственного интеллекта становится одним из государственных приоритетов большинства стран и представляется необходимым условием для социально-экономического и научно-технического прогресса. В связи с чем многие государства для повышения конкурентоспособности на мировом рынке, приближения к позициям мировых лидеров или сохранения устойчивых позиций разрабатывают стратегии развития искусственного интеллекта. Документы стратегического планирования позволяют государствам обозначить четкие приоритеты, основные цели, задачи и мероприятия, проведение которых необходимо обеспечить. Такие документы программного характера были приняты более чем в 30 странах мира, включая такие государства как Россия, Китай, США, Великобритания, Германия, Япония и многие другие. [4]

22 января 2026 Южная Корея первой в мире приняла «Рамочный закон о развитии искусственного интеллекта и формировании доверия» [3] – это комплексный закон в сфере ИИ, который предусматривает создание научно-исследовательского института по безопасности ИИ, формирование комитетов по этике ИИ и содержит множество других мер.

Статья 2 данного закона содержит следующие определения:

«Искусственный интеллект» означает электронную реализацию человеческих интеллектуальных способностей, таких как обучение, логическое рассуждение, восприятие, принятие решений и понимание языка.

«Система ИИ» означает систему на основе искусственного интеллекта, которая выводит результаты — такие как прогнозы, рекомендации и решения, — влияющие на реальную и виртуальную среду для достижения заданной цели с различными уровнями автономности и адаптивности.

«Технология ИИ» означает аппаратные средства, программное обеспечение или прикладные технологии, необходимые для внедрения искусственного интеллекта.

Заключение

В Российской Федерации Национальная стратегия развития искусственного интеллекта на период до 2030 года была утверждена Указом Президента РФ от 10 октября 2019 г. №490 [1]. Предполагается, что реализация указанной Стратегии создаст условия для эффективного взаимодействия в сфере развития искусственного интеллекта, что позволит российским технологиям ИИ занять значительную долю мирового рынка. Таким образом, разработка национального документа стратегического планирования в области ИИ задает вектор регулирования технологий и представляет собой важный шаг в формировании подхода к правовому регулированию искусственного интеллекта.

Предполагается, что в основе правового регулирования ИИ должны лежать базовые положения, такие как: обеспечение приоритета прав человека, безопасности общества и государства в целом; гарантирование человеку права на выбор в решении об условиях взаимодействия с искусственным интеллектом и в том числе право на отказ в использовании ИИ; обеспечение равного доступа к искусственному интеллекту без какой бы то ни было дискриминации; прозрачность, то есть объяснимость работы искусственного интеллекта и процесса достижения им результатов и др.

Формирование эффективной модели правового регулирования ИИ представляет собой сложную и многогранную задачу, требующую сбалансированного подхода. С одной стороны, необходимо создать стимулирующие условия для инновационного развития технологий ИИ, а с другой — обеспечить надежные правовые гарантии защиты фундаментальных прав и свобод человека, общественной безопасности и национальных интересов. Ключевой проблемой на современном этапе остается отсутствие не только универсального научного, но и устоявшегося легального определения искусственного интеллекта. Российский подход, акцентирующий антропоморфное сходство, задает определенный вектор, но требует дальнейшей конкретизации, особенно в условиях быстрой эволюции технологий, таких как генеративный ИИ. Фундаментом любой модели регулирования должны выступать базовые принципы, центральным из которых является принцип гуманизма и приоритета прав человека. Однако их практическая реализация сталкивается с новыми вызовами, порожденными самим развитием ИИ, что особенно ярко проявляется в контексте обеспечения прозрачности и объяснимости решений, принимаемых генеративными моделями. Дальнейшее развитие правового регулирования искусственного интеллекта представляется в динамичном процессе, при котором первоначально выбранная модель будет постоянно корректироваться с учетом технологических прорывов, оценки возникающих рисков и необходимости поддержания баланса между инновациями и ценностями правового государства.

Список литературы:

1. Национальная стратегия развития искусственного интеллекта на период до 2030 года, утв. Указом Президента РФ от 10.10.2019 № 490 // Собрание законодательства РФ. – 2019. – № 41. – Ст. 5700.
2. Федеральный закон от 24.04.2020 № 123-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации – городе федерального значения Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона "О персональных данных"» // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2020. – № 17. – Ст. 2701.
3. А Framework Act of the Development of Artificial Intelligence and Establishment of Trust / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: https://cset.georgetown.edu/wp-content/uploads/t0625_south_korea_ai_law_EN.pdf (дата обращения: 15.02.2026)
4. Gutiérrez J.D. Consultation paper on AI regulation: emerging approaches across the world. UNESCO, 2024. / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000390979 (дата обращения: 10.02.2026).
5. Russell S.J., Norvig P. Artificial intelligence: a modern approach. Prentice Hall. Englewood Cliffs. – New Jersey.
   – 1995. – P. 3. / [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: https://inlnk.ru/MjV5PB (дата обращения: 10.02.2026).