ОСОБЕННОСТИ ПРИЗНАНИЯ И ПРИВЕДЕНИЯ В ИСПОЛНЕНИЕ ИНОСТРАННЫХ АРБИТРАЖНЫХ РЕШЕНИЙ

SPECIFICS OF RECOGNITION AND ENFORCEMENT OF FOREIGN ARBITRAL AWARDS
Лосев С.Л.
Цитировать:
Лосев С.Л. ОСОБЕННОСТИ ПРИЗНАНИЯ И ПРИВЕДЕНИЯ В ИСПОЛНЕНИЕ ИНОСТРАННЫХ АРБИТРАЖНЫХ РЕШЕНИЙ // Universum: экономика и юриспруденция : электрон. научн. журн. 2022. 12(99). URL: https://7universum.com/ru/economy/archive/item/14653 (дата обращения: 25.02.2024).
Прочитать статью:

 

АННОТАЦИЯ

В настоящее время в мире повышается популярность международного коммерческого арбитража. Одним из преимуществ международного коммерческого арбитража является возможность признания и приведения иностранного арбитражного решения в исполнение в любой стране-члене Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. Однако, несмотря на существование данной Конвенции, в каждом государстве существуют собственные особенности признания решений иностранных арбитражей. Целью данной статьи стало выявление особенностей процедуры экзекватуры иностранных арбитражных решений в России.

ABSTRACT

The popularity of international commercial arbitration around the world is increasing. One of the international arbitration’s essential advantages is an ability to enforce arbitral awards in every country that is a party of the New York Convention, 1958. Nonetheless, despite the existence of this Convention, the rules of foreign arbitral awards’ recognition and enforcement differ from country to country. Therefore, the main aim of this article is to describe main specific features of the procedure of foreign arbitral awards’ recognition and enforcement in Russia.

 

Ключевые слова: иностранные арбитражные решения; арбитраж; третейские суды; признание и приведение в исполнение; Нью-Йоркская Конвенция.

Keywords: foreign arbitral awards; arbitration; arbitration courts; recognition and enforcement; New York Convention.

 

Международный коммерческий арбитраж представляет собой один из наиболее популярных механизмов разрешения трансграничных споров. В частности, участников экономических споров особенно привлекают гибкость арбитражной процедуры, а также возможность приведения арбитражного решения в исполнение в государствах-участниках Нью-Йоркской конвенции 1958 г.  В то же время,  несмотря на то, что данной Конвенцией утверждены унифицированные правила признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений, в каждой стране существуют собственные специфические особенности данной процедуры, в том числе и в России.

Прежде чем перейти к изучению непосредственно особенностей экзекватуры решений иностранных арбитражей в России, необходимо более подробно рассмотреть положения Нью-Йоркской Конвенции – важнейшего международного документа в соответствующей области.

Следует отметить, что о необходимости создания новой международной конвенции, регламентирующей порядок признания и приведения в исполнение решений иностранных арбитражей, в юридическом сообществе заговорили в начале 1950-х годов. При этом, уже в 1953 году члены Международного арбитражного суда (ICC) разработали проект новой конвенции. Некоторые профессионалы обращали особое внимание на то, что изначальный проект Конвенции, подготовленный ICC, являлся в определенной степени инновационным, поскольку он предусматривал максимально «денационализированный» порядок исполнения иностранных арбитражных решений [1, c.99].

Однако в итоге окончательный текст Нью-Йоркской Конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений в несколько измененном виде был принят 10 июня 1958 г. На настоящий момент участниками Нью-Йоркской Конвенции являются 156 государств [3]. В текущей редакции Конвенция представляет собой достаточно лаконичный документ, состоящий всего из 16 статей, но при этом регламентирующим все основные вопросы, которые касаются процедуры экзекватуры решений иностранных арбитражей.

Важнейшей чертой Нью-Йоркской Конвенции, которую отмечают многие юристы, является ее «проарбитражная» направленность (pro-enforcement bias) [2, c.3]. Например, Нью-Йоркская конвенция фактически разрешила проблему «двойной экзекватуры», существовавшую в период действия Женевской Конвенции 1927 г. Новая Конвенция не возлагает на сторону, обратившуюся в государственный суд с заявлением об исполнении иностранного арбитражного решения, обязанности по доказыванию окончательности решения, принятого составом арбитража. В частности, бремя доказывания при разрешении в государственном суде вопроса о возможности приведения в исполнение иностранного арбитражного решения лежит на стороне, против которой было вынесено такое решение. Следовательно, действует презумпция законности арбитражного решения.

Более того, ст. V Нью-Йоркской Конвенции приведен исчерпывающий перечень оснований для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений. Никакие иные обстоятельства, кроме прямо поименованных в Конвенции, не могут быть использованы национальными судами стран-участниц для отказа в исполнении иностранного арбитражного решения. Кроме того, 5 из 7 оснований, указанных в ст. V Конвенции, могут применяться только на основании заявления стороны разбирательства, а не по инициативе суда.

Таким образом, можно сделать вывод, что Нью-Йоркская Конвенция представляет собой концептуально важный документ, закрепляющий основы признания и приведения в исполнение иностранных решений в разных странах мира. Без существования данного документа и его выраженной «проарбитражной» направленности исполнение иностранных решений за рубежом представлялось бы практически невозможной задачей.

Тем не менее, в государствах, являющихся участниками Конвенции, существует собственное нормативное правовое регулирование процедуры экзекватуры иностранных решений. В целом, можно отметить, что в подавляющем большинстве случаев соответствующие национальные нормы практически дословно дублируют положения Нью-Йоркской Конвенции. В то же время, практика и толкования норм указанной Конвенции не является единообразной по всему миру. В частности, свои особенности имеет и процедура признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений в России, которые необходимо более детально рассмотреть в данной статье.

Следует начать с того, что непосредственно положения Нью-Йоркской Конвенции 1958 г. активно используются российскими судами в рамках процедуры признания и приведения в исполнение решений иностранных арбитражей. При этом, существуют и российские нормативные правовые акты, регламентирующие процедуру экзекватуру: Закон РФ «О международном коммерческом арбитраже» и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации.

В юридической литературе отмечается, что в целом в Российской Федерации реализуются все принципы экзекватуры иностранных арбитражных решений, заложенные Нью-Йорской Конвенцией, поскольку российское законодательство свидетельствует об обязательности арбитражных решений и добровольности их исполнения, обеспечивает механизмы их принудительного исполнения, а также ограничивает сферу судебного контроля за содержанием данных решений [5, c.768]. Например, в п. 1 ст. 35 Закона «О МКА» закреплено положение о том, что арбитражные решения, вне зависимости от места, где они были вынесены, обладают обязательностью и приводятся в исполнение в соответствии с российским законодательством. Как отмечают некоторые авторы, смысл данного законодательного положения в том, чтобы облегчить бремя доказывания, возложенное на сторону, которая желает привести определенное арбитражное решение в исполнение в России [11, c.178]. В ч. 4 ст. 243 АПК РФ также указано, что арбитражный суд не имеет права пересматривать решение иностранного суда по существу.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 241 АПК РФ иностранные арбитражные решения приводятся в исполнение на основании международных договоров РФ и федеральных законов. Таким образом, законодательство устанавливает, что порядок признания и приведения в исполнение решений иностранных арбитражей непосредственно регулируется положениями Нью-Йоркской Конвенции 1958 г., а также нормами иных международных соглашений, в том числе Европейской Конвенцией о Внешнеторговом Арбитраже 1961 г., членом которой также является Российская Федерация.

Следует подчеркнуть, что процедура рассмотрения заявлений о признании и приведении в исполнение решений иностранных арбитражей регламентирована главой 31 АПК РФ. В соответствии со ст. 242 АПК РФ заявление о признании и приведении в исполнение решений иностранных арбитражей подается в арбитражный суд по месту нахождения лица, в отношении которого оно приводится в исполнение, или же по месту нахождения имущества данного лица. В ст. 242 АПК РФ указано, что подобное заявление подается стороной, в отношении которой принято решение. Согласно ч. 2 ст. 246 АПК РФ иностранное арбитражное решение может быть предъявлено к принудительному исполнению в течение 3-х лет со дня его вступления в законную силу.

Часть 4 ст. 242 АПК РФ также устанавливает необходимые требования к форме и содержанию заявления о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. Во-первых, к заявлению о признании и приведении в исполнение решения иностранного арбитража должен быть приложен оригинал самого решения или его заверенная копия. Во-вторых, заявитель должен предоставить оригинал или заверенную копию арбитражного соглашения, подтверждающего полномочия состава арбитража по разрешению определенного спора. Кроме того, если указанные выше документы составлены на иностранном языке, к ним должен быть приложен их нотариально заверенный перевод на русский язык. Вышеприведенные требования представляются вполне обоснованными и полностью соответствуют положениям ст. IV Нью-Йоркской Конвенции, устанавливающей требования к содержанию заявлений о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений.

Стоит также отметить, что в последние годы в законодательство, регулирующее порядок признания и приведения в исполнение решений иностранных арбитражей, активно вносятся изменения. Например, относительно недавно в российском процессуальном законодательстве появились положения, которые регламентируют признание иностранных арбитражных решений, не требующих принудительного исполнения (п. 3 ст. 35 Закона «О МКА», ст. 245.1 АПК РФ). В частности, в АПК РФ появилась ст. 245.1, в которой установлено, что иностранные арбитражные решения, не требующие принудительного исполнения, признаются без прохождения каких-либо дополнительных процедур. В то же время, если какое-либо заинтересованное лицо возражает против признания решения иностранного арбитража, оно может обратиться в суд с заявлением, содержащим возражения относительно признания подобного решения.

В целом, можно отметить, что с точки зрения нормативного правового регулирования, в России существует достаточно благоприятный правовой режим признания и приведения иностранных арбитражных решений. Положения российского законодательства во многом повторяют текст Нью-Йоркской Конвенции и Типового закона ЮНСИТРАЛ «О международном торговом арбитраже».

Следует обратить внимание, что в силу ч. 3 ст. 244 АПК РФ суд вправе отказать в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений по основаниям, установленным ст. 36 Закона «О международном коммерческом арбитраже», которые по своему содержанию практически дословно повторяют текст ст. V Нью-Йоркской Конвенции. Как правило, при отказе в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений российские суды ссылаются непосредственно на положения данной статьи в связке с положениями ст. V Нью-Йоркской Конвенции [12]. 

На практике иногда возникают отдельные проблемы, связанные с экзекватурой решений иностранных арбитражей. В частности, трудности могут возникнуть, в том числе, при принятии соответствующих заявлений о приведении в исполнение иностранного арбитражного решения к производству российского арбитражного суда первой инстанции. К сожалению, многие арбитражные суды не видят разницы между понятиями «иностранное судебное решение» и «иностранное арбитражное решение», что может повлечь предъявление судом дополнительных требований к заявлению о приведении в исполнение решения иностранного арбитража [10]. Встречаются ситуации, когда арбитражный суд оставляет без движения/возвращает заявление о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения в связи с тем, что заявитель не приложил к нему документы, перечисленные в ч. 3 ст. 242 АПК РФ. При этом, в данной части ст. 242 АПК РФ закреплен перечень документов, которые должны быть приложены к заявлению о приведении в исполнение решения иностранного суда, а не иностранного арбитража.

Помимо прочего, арбитражные суды иногда указывают, что к заявлению о признании и приведении в исполнение решения иностранного арбитража в соответствии с п. 3 ч. 3 ст. 242 АПК РФ также должен быть приложен документ, подтверждающий, что должник был надлежащим образом и своевременно извещен о разбирательстве в иностранном суде [6]. Данное требование опять же применимо исключительно в отношении признания и приведения в исполнение иностранных судебных, а не арбитражных решений.

Некоторые трудности могут возникнуть при оценке российскими судами оснований для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений.

Например, одним из оснований для признания решения иностранного арбитража на территории Российской Федерации является недействительность арбитражной оговорки. Однако суды редко проводят столь детальный анализ положений арбитражных соглашений с целью установления их действительности. По большей части суды руководствуются формальным критерием, поскольку, как правило, суды отказывают в признании и приведении в исполнение решений иностранных арбитражей в связи с недействительностью арбитражного соглашения только в случае, если сторона спора не смогла представить оригинал или нотариально заверенную копию арбитражного соглашения. Например, в 2018 г. Арбитражный суд Московского округа отказал в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения, так как заявитель не смог представить оригиналы арбитражных соглашений или их надлежащим образом заверенные копии [9].

Российский арбитражный суд также может отказать в признании и приведении в исполнение решения иностранного арбитража в связи с тем, что разрешенный спор не подпадает под действие арбитражного соглашения. Стоит отметить, что российские суды, как правило, используют данное основание в случаях, когда между сторонами отсутствовало арбитражное соглашение [7]. Между тем, более применимым по отношению к подобным ситуациям является основание, предусмотренное ст. V (1)(a) Нью-Йоркской Конвенции (недействительность арбитражного соглашения).

Другим распространенным поводом для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений является ненадлежащее извещение стороны спора об арбитражном разбирательстве или о назначении арбитра (абз. 3 п. 1 ст. 36 Закона «О МКА», ст. V (1)(b) Нью-Йоркской Конвенции). Ранее позиции судов относительно того, что можно считать надлежащим извещением стороны об арбитражном разбирательстве, существенно различались, что приводило к хаотичности и нарушению единообразия судебной практики. Между тем, начинает складываться практика, в соответствии с которой при решении вопроса о надлежащем/ненадлежащем извещении участника арбитражного разбирательства следует принимать во внимание, действительно ли данное лицо было лишено права участвовать в разбирательстве и представлять свои пояснения по существу спора [8]. Данный подход является наиболее прогрессивным и соответствует общемировым правовым тенденциям. В то же время, в российском законодательстве можно было бы установить более четкие критерии надлежащего извещения сторон арбитражных споров.

Хотелось бы также рассмотреть одну из важнейших проблем, существующих в сфере признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений в России – применение судами оговорки о «публичном порядке».

В Российском законодательстве оговорка о «публичном порядке» отражена в Законе «О МКА». Например, в абз. 2 п. 2 ст. 36 данного закона указано, что арбитражный суд отказывает в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения полностью или в части в случае, если исполнение иностранного арбитражного решения противоречило бы публичному порядку Российской Федерации. Таким образом, российское законодательство под «публичным порядком» подразумевает именно внутренний/российский публичный порядок. Однако до настоящего времени подробное понятие «публичного порядка» так и не было закреплено как в Российском законодательстве, так и в практике высших судебных инстанций. Данное обстоятельство приводит к тому, что толкование «публичного порядка» может быть либо чрезмерно «узким», либо же наоборот слишком «расширенным». Это препятствует объективной оценке арбитражных решений на соответствие фундаментальным основам законодательства РФ.

В завершение необходимо отметить, что, несмотря на определенные трудности, процедура экзекватуры решений иностранных арбитражей в России является достаточно развитой и соответствует международным практикам. В частности, это подтверждается и статистическими данными, исходя из которых следует, что большинство арбитражных решений, принятых за рубежом, успешно признаются и приводятся в исполнение на территории РФ [4].

 

Список литературы

  1. Born G.B. International Commercial Arbitration, 2nd edition - Kluwer Law International; Kluwer Law International 2014.
  2. Moses M. L. The Principles and Practice of International Commercial Arbitration – Cambridge University Press, 2008.
  3. United Nations Commission on International Trade Law – Status: Convention on the Recognition and Enforcement of Foreign Arbitral Awards (New York, 1958) Электронный ресурс – Режим доступ: https://uncitral.un.org/en/texts/arbitration/conventions/foreign_arbitral_awards/status2 (дата обращения: 16.11.2022)
  4. Исследование РАА о Применении Нью-Йоркской Конвенции Российскими Судами в 2008-2017 гг. // Российская арбитражная ассоциация, Москва, 2018. Электронный ресурс – Режим доступ: https://arbitration.ru/upload/iblock/ab8/RAA-STUDY-RECOGNITION-ENFORCEMENT-AWARDS-NY-CONVENTION-2018_rus.pdf (дата обращения: 15.11.2022)
  5. Международный коммерческий арбитраж / Науч. ред.: О. Ю. Скворцов, М. Ю. Савранский, Г. В. Севастьянов; Отв. ред. Т. А. Лунаева. 2-е изд., перераб. и доп. СПб.: АНО «Редакция журнала «Третейский суд»; М.: Статут, 2018.
  6. Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.09.2016 по делу № А40-195769/16-3-1282; Определение Арбитражного суда Калининградской области от 05.10.2018 по делу № А21-11998/2018; Определение Арбитражного суда Воронежской области от 06.06.2016 по делу № А14-7524/2016; Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.06.2017 по делу № А65-14983/2017; Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2018 по делу № А40-281513/18-63-2318 [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 15.11.2022)
  7. Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.02.2016 N Ф04-104/2016 по делу N А75-10690/2015; Постановление ФАС Московского округа от 22.02.2012 по делу N А40-89595/11-8-756 [Электронный доступ] СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 15.11.2022)
  8. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.02.2020 по делу № А40-89373/2019 [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 14.11.2022)
  9. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 15.03.2018 по делу № А40-60583/2016 [Электронный ресурс] СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 15.11.2022)
  10. Самойлов М.Н. Последствия применения судьями процессуальных норм, не подлежащих применению, на стадии принятия судом заявления о признании и приведении в исполнение на территории России решения иностранного коммерческого арбитража // Вестник Арбитражного суда Московского округа, 2017, №1.
  11. Хвалей В.В. Научно-практический комментарий к законодательству о третейских судах – М.: РАА, 2017.
  12. Чуркина Л.М. Арбитражная практика признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений в Российской Федерации // Вестник Омской юридической академии, 2018, №2.
Информация об авторах

магистр права, выпускник Факультета Права Национального исследовательского университета «Высшая Школа Экономики», РФ, г. Москва

Master of Law, Graduate of the Law Faculty of the National Research University Higher School of Economics, Russia, Moscow

Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54432 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Толстолесова Людмила Анатольевна.
Top