К ПРОБЛЕМЕ СОБЛЮДЕНИЯ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ МАТЕРИАЛОВ АУДИО- И ВИДЕОЗАПИСИ КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

ON THE PROBLEM OF OBSERVANCE OF PRIVATE LIFE WHEN USING AUDIO AND VIDEO RECORDING MATERIALS AS EVIDENCE IN CIVIL LEGAL PROCEEDINGS
Цитировать:
Костенко С.Р., Костенко Р.В. К ПРОБЛЕМЕ СОБЛЮДЕНИЯ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ ПРИ ИСПОЛЬЗОВАНИИ МАТЕРИАЛОВ АУДИО- И ВИДЕОЗАПИСИ КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ // Universum: экономика и юриспруденция : электрон. научн. журн. 2022. 8(95). URL: https://7universum.com/ru/economy/archive/item/14040 (дата обращения: 04.12.2022).
Прочитать статью:

 

АННОТАЦИЯ

В статье рассмотрены проблемные аспекты понимания термина «неприкосновенность частной жизни» в гражданском судопроизводстве Российской Федерации. Указывается на необходимость правильной оценки материалов аудио- и видеозаписи с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого предоставляемого материала в отдельности, а также достаточности и взаимной связи подобных материалов в их совокупности в соответствии с требованиями гражданско-процессуального законодательства Российской Федерации. Кроме того, выделен аспект необходимости разграничения тех ситуаций, когда доказательства, полученные с помощью средств аудио- и видеофиксации, не могут считаться допустимыми по причине нарушения неприкосновенности частной жизни от тех ситуаций, когда они получены без нарушения неприкосновенности и могут считаться допустимыми, с приведением конкретных примеров из судебной практики.

ABSTRACT

The scientific article deals with the problematic aspects of understanding the term "privacy" in the civil proceedings of the Russian Federation. The necessity of a correct assessment of audio and video recording materials is indicated in terms of the relevance, admissibility, reliability of each material provided separately, as well as the sufficiency and interconnection of such materials in their totality in accordance with the requirements of the civil procedural legislation of the Russian Federation. In addition, an aspect is made on the need to distinguish between those situations where evidence obtained using audio and video fixation cannot be considered admissible due to a violation of privacy from those situations where they are obtained without violation of immunity and can be considered admissible, with reduction specific examples from jurisprudence.

 

Ключевые слова: неприкосновенность частной жизни, гражданское судопроизводство, средства аудио- и видеозаписи, доказательства, скрытая фиксация.

Keywords: privacy, civil litigation, audio and video recordings, remedies, covert recording.

 

В XXI веке достижения научно-технического прогресса активно внедряются и используются в процессе собирания доказательств по гражданским делам. В первую очередь, речь идет о материалах аудио- и видеозаписи. Абзац 2 п. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) прямо предусматривает, что на основе подобных материалов можно получить сведения, имеющие доказательственную ценность [1]. На практике возникает множество вопросов касательно правовых аспектов применения средств аудио- и видео фиксации в гражданском судопроизводстве, процесса оформления полученных результатов и последующей оценки таковых в суде с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого предоставляемого материала в отдельности, а также достаточности и взаимной связи подобных материалов в их совокупности – такую оценку доказательствам суд обязан давать в соответствии с п. 3 ст. 67 ГПК РФ.

При исследовании и оценке предоставляемых аудио- и видеоматериалов в соответствии со ст. ст. 55 и 67 ГПК РФ немаловажным является вопрос о том, насколько конкретные обстоятельства их фактического производства соответствуют принципу соблюдения неприкосновенности частной жизни, имеющему конституционное значение. Запрет на скрытую фиксацию информации фактически содержат статья 23 (право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей части и доброго имени, право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений) и часть 1 статьи 24 (недопустимость сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия) Конституции РФ [2]. Кроме того, часть 8 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации» [3] запрещает требовать от гражданина предоставления информации о его частной жизни, в том числе информации, составляющей личную или семейную тайну, и получать такую информацию помимо воли гражданина, если иное не предусмотрено законом. Незаконный сбор сведений о частной жизни лица без его согласия и нарушение тайны телефонных переговоров и иных сообщений – уголовно наказуемые деяния в соответствии со ст. ст. 137 и 138 Уголовного кодекса РФ [4].

В связи с изложенными фактами возникает разумный вопрос – каким именно образом суды должны устанавливать «границу» дозволенного и недозволенного на практике, наиболее правильно и объективно оценивать предоставляемые материалы с точки зрения их допустимости как надлежащих доказательств. Существующая законодательная база не позволяет дать однозначного ответа на этот вопрос, поэтому целесообразно обратиться к судебной практике, позволяющей пролить свет на некоторые важные аспекты. В первую очередь, важно правильно понимать, что подразумевается под «частной жизнью». Конституционный Суд РФ в своем определении от 9 июня 2005 года № 248-О [5] установил, что «в понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, которая касается только его и не подлежит контролю со стороны общества или государства, если она не носит противоправный характер». Подобную трактовку Конституционный Суд РФ также дает в п. 2 определения от 28 июня 2012 года № 1253-О с ссылкой на ряд других определений [6].

Таким образом, можно сделать очевидный вывод – любая информация, любые сведения о лице остаются личными лишь до тех пор, пока они носят исключительно приватный характер и не затрагивают интересы других лиц, область публичных правоотношений в той части, в которой подобная информация могла бы свидетельствовать о противоправных, незаконных действиях.

Например, нельзя назвать ненадлежащим и полученным противоправным способом доказательство в форме аудиозаписи телефонного разговора кредитора и должника, если она велась без предварительного уведомления и согласия последнего, но при этом осуществлялась в рамках деловых отношений и отражает факты, имеющие непосредственное значение для правильного рассмотрения дела в суде, сведения, лежащие вне пределов исключительно приватной информации о лице и потенциально доказывающие правомерность требований о взыскании долга. Приведенная ситуация описывается в определении Верховного Суда РФ от 6 декабря 2016 года по делу № 35-КГ16-18 [7]. Коллегия по гражданским спорам отметила, что разговор шел об обстоятельствах, связанных с договорными отношениями между сторонами и соответствующих обязательствах, поэтому он не относится к их частной жизни. По мнению Верховного Суда РФ, это не является нарушением статьи 9 Федерального Закона «Об информации информационных технологиях и защите информации» [3], как ранее утверждал суд апелляционной инстанции, в связи с чем «запрет на фиксацию такой информации на указанный случай не распространяется».

Обратную картину, когда право на неприкосновенность, по мнению суда, было грубо нарушено, иллюстрирует определение Кассационной коллегии Верховного Суда РФ от 14 сентября 2006 года № КАС 06-326 [8], в котором было рассмотрено гражданское дело по жалобе Г. об оспаривании решения Высшей квалификационной коллегии судей РФ о досрочном лишении её судейского статуса и полномочий. Будучи председателем Арбитражного суда Костромской области, Г. без соответствующего судебного решения установила в рабочих кабинетах трех судей скрытую видео- и аудио записывающую аппаратуру для фиксации всего происходящего в этих кабинетах в течение определенного периода времени. Подобные действия были расценены как прямое нарушение Конституции РФ (статьи 23 и 24), статьи 6, 8 и 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» [9] и п. 1 статьи 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» [10]. Указанные нормы предусматривают, что понятием «неприкосновенность судьи» охватывается неприкосновенность личности, занимаемых судьей жилых и служебных помещений, тайну переписки и иной корреспонденции. Доводы Г. о том, что Закон РФ от 5 марта 1992 года № 2446-I «О безопасности» давал ей как руководителю суда абсолютное право на установку скрытой видео- и звукозаписывающей аппаратуры были отвергнуты – в указанном Законе не было найдено ни одной нормы, позволяющей на каком-либо основании поступать подобным образом. В этой связи важно помнить, что в любом публичном правоотношении (например, связанном с осуществлением судьями своей профессиональной деятельности) так или иначе могут содержаться элементы частной неприкосновенности, обусловленные своими особенностями (в данном случае – особенностями профессиональной деятельности и правового статуса судьи). Их нарушение недопустимо, на что суду следует обращать внимание при рассмотрении доказательств по делу.

При детальном анализе других примеров из судебной практики, cделавших акцент на допустимости материалов аудио- и видеозаписи как доказательств, не нарушающих неприкосновенность частной жизни, отвечающих требованиям статей 23 и 24 Конституции РФ, статей 55, 67 ГПК РФ, иным нормативно-правовым актам, а также с учетом практики, свидетельствующей о нарушении указанных норм,  можно сделать вывод об очевидной неоднозначности – в каждом отдельно взятом случае при оценке аудио- и видеоматериалов суд должен обращать внимание на конкретные обстоятельства дела с учетом существующих законодательных норм.

Права, закрепленные в статьях 23 и 24 Конституции РФ, имеют предопределяющее значение, но не должны трактоваться в качестве препятствия для осуществления эффективного правосудия и основания для освобождения от гражданско-правовой ответственности (как и от уголовной) в тех случаях, когда того требуют конкретные обстоятельства и закон. На данный момент законодательная база по рассматриваемому вопросу не способна охватить каждый отдельно взятый индивидуально-определенный случай, поэтому необходимо тщательно анализировать имеющуюся правоприменительную практику, дорабатывая процессуальное законодательство на её основе.

 

Список литературы:

  1. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 11.06.2022) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/Cons_doc_LAW_39570/ (дата обращения: 28.06.2022).
  2. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_28399/ (дата обращения: 28.06.2022).
  3. Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации» от 27.07.2006 № 149-ФЗ (последняя редакция) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61798/ (дата обращения: 28.06.2022).
  4. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 25.03.2022) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_law_10699/ (дата обращения: 28.06.2022).
  5. Определение Конституционного Суда РФ от 09.06.2005 № 248-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Захаркина Валерия Алексеевича и Захаркиной Инины Николаевны на нарушение их конституционных прав пунктом «б» части третьей статьи 125 и частью третьей статьи 127 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации» / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_54736/ (дата обращения: 28.06.2022).
  6. Определение Конституционного Суда РФ от 28.06.2012 № 1253-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Супруна Михаила Николаевича на нарушение его конституционных прав статьей 137 Уголовного кодекса Российской Федерации» / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://base.garant.ru/70205530/ (дата обращения: 28.06.2022).
  7. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 06.12.2016 № 35-КГ16-18 / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://legalacts.ru/sud/opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-06122016-n-35-kg16-18/ (дата обращения: 28.06.2022).
  8. Определение Верховного Суда РФ от 14.09.2006 № КАС 06-326 / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://zakonbase.ru/content/base/150724/ (дата обращения: 28.06.2022).
  9. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 № 144-ФЗ (последняя редакция) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_7519/ (дата обращения: 28.06.2022).
  10. Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26.06.1992 № 3132-1 (последняя редакция) / [Электронный ресурс] – Режим доступа. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_648/ (дата обращения: 28.06.2022).
Информация об авторах

студент, ФГБОУ ВО Кубанский Государственный Университет, РФ, г. Краснодар

Student of FSBEI HE Kuban State University, Russia, Krasnodar

д-р юрид. наук, профессор кафедры уголовного процесса ФГБОУ ВО Кубанский государственный университет, РФ, г. Краснодар

Doctor of Law, Professor of the Department of Criminal Procedure, FSBEI HE Kuban State University, Russia, Krasnodar

Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54432 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Толстолесова Людмила Анатольевна.
Top