ОТ ПОСТМОДЕРНА К ПОСТЧЕЛОВЕКУ: ФИЛОСОФСКИЕ КОНТУРЫ НОВОЙ ОНТОЛОГИИ РАЗУМА

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена анализу перехода от постмодернистской децентрации субъекта к постчеловеческой онтологии разума в условиях развития ИИ, биотехнологий и цифровых сред. Используется междисциплинарный подход, объединяющий постмодернистскую критику, постгуманистические концепции распределённой субъектности, философию искусственного интеллекта и нейрофилософию. Показано, что современный разум имеет гибридную, динамическую и распределённую природу, формируясь во взаимодействии человеческих, технологических и цифровых агентностей. Обосновывается необходимость новой онтологии разума, отражающей постбиологический характер когнитивности и множественность её носителей.

ABSTRACT

The article examines the transition from the postmodernist decentring of the subject to a posthuman ontology of mind in the context of the development of AI, biotechnology, and digital environments. An interdisciplinary approach is employed, integrating postmodern critique, posthumanist concepts of distributed subjectivity, the philosophy of artificial intelligence, and neurophilosophy. The study demonstrates that contemporary mind possesses a hybrid, dynamic, and distributed character, emerging through the interaction of human, technological, and digital agencies. The analysis substantiates the need for a new ontology of mind that reflects the post-biological nature of cognition and the multiplicity of its carriers.

Ключевые слова: постмодернизм, постчеловек, постгуманизм, онтология разума, децентрация субъекта, искусственный интеллект, нейрофилософия, цифровые среды.

Keywords: postmodernism, posthuman, posthumanism, ontology of mind, decentring of the subject, artificial intelligence, neurophilosophy, digital environments.

Введение

Актуальность исследования обусловлена глубокой трансформацией представлений о субъекте и разуме в условиях перехода от постмодернистской деконструкции к постчеловеческим онтологиям. Современный этап развития науки и технологий демонстрирует радикальное воздействие искусственного интеллекта, биотехнологий и цифровых сред на классическую модель человека, определяя необходимость пересмотра фундаментальных антропологических и эпистемологических оснований. Рост интереса к философии искусственного интеллекта, нейрофилософии и постгуманистической теории свидетельствует о формировании нового исследовательского поля, в рамках которого трансформируются базовые категории субъективности, агентности и рациональности.

Проблемная ситуация заключается в постепенном размывании границ между человеческим и нечеловеческим разумом, что ставит под сомнение устойчивость антропоцентрической модели субъекта. Современные технологические и биологические изменения обнажают кризис классических философских представлений о человеке как автономном, самотождественном и едином центре смыслообразования. В связи с этим возникает потребность в разработке новой онтологии разума, учитывающей гибридный, распределённый и междисциплинарный характер современных когнитивных процессов, происходящих на пересечении человеческого, машинного и биологического измерений.

Цель настоящего исследования состоит в теоретическом обосновании перехода от постмодернистской модели субъектности к постчеловеческой онтологии разума, учитывающей новые формы когнитивного опыта, возникающие в технологически насыщенных средах. Для достижения этой цели предполагается решить ряд задач: проанализировать трансформацию субъекта в рамках постмодернистской парадигмы; выявить ключевые элементы постчеловеческого понимания разума; обосновать новый онтологический статус гибридного и распределённого разума как феномена, формирующегося на стыке человеческих и нечеловеческих агентностей.

Научная новизна исследования заключается в разработке комплексной методологической модели изучения разума, объединяющей ресурсные возможности постмодернистской критики, постгуманистической философии, теоретических подходов искусственного интеллекта и нейрофилософских концепций. Такое сочетание позволяет предложить целостную онтологию разума, адекватную условиям современного технологического и культурного развития.

Методология исследования

Методологическая база исследования представляет собой междисциплинарный комплекс, сочетающий постмодернистские, постгуманистические, когнитивно-технологические и нейрофилософские подходы, что позволяет рассматривать разум как динамическую, гибридную и распределённую систему. В рамках постмодернистской методологии ключевым основанием служит концепция Ж.-Ф. Лиотара о «недоверии к метанарративам», согласно которой любые универсальные объяснительные схемы утрачивают легитимность в условиях постсовременности [1]. Применение этой парадигмы позволяет интерпретировать разум не как стабильный центр рациональности, а как множественность локальных дискурсов, каждый из которых формирует собственную фрагментарную онтологию когнитивного опыта. В дополнение к этому используется предложенная Ж. Деррида практика деконструкции бинарных оппозиций, позволяющая выявлять скрытые предпосылки категорий «человек», «разум» и «субъект» [2]. Дерридовская логика différance демонстрирует, что данные категории не обладают фиксированным значением, а конституируются через различия и контексты, что важно для анализа нестабильности антропоцентрических концепций разума.

Постгуманистическая методология опирается прежде всего на идеи Р. Брайдотти, развивающей представление о постантропоцентрической субъектности как процессуальной, сетевой и материально-вплетённой форме. Брайдотти подчёркивает, что субъект в условиях постчеловеческого поворота становится результатом непрерывных взаимодействий между биологическими, технологическими и дискурсивными агентами [3]. Данные концепции позволяют рассматривать разум как продукт расширенной и неиерархичной сети взаимодействий.

Методологический блок философии искусственного интеллекта включает использование концепций машинной и нечеловеческой агентности, разработанных Л. Флориди и Н. Бостромом. Флориди, предлагая «информационную онтологию», интерпретирует ИИ как новый пласт реальности, производящий собственные формы агентности и влияющий на структуру человеческого понимания [4]. Бостром подчёркивает потенциал «сверхразумных» систем в трансформации когнитивного ландшафта [5], что делает необходимым анализ границ между человеческим и машинным мышлением. Существенную роль играет теория расширенного разума Э. Кларка, согласно которой когнитивные процессы выходят за пределы биологического тела и включают в себя инструменты, алгоритмы и цифровые среды [6]; это позволяет рассматривать разум как распределённую систему, функционирующую на стыке нейронных, технических и символических структур.

Нейрофилософский компонент исследования опирается на работы П. Черчленд, развивающих нейроонтологию субъективности [7]. Этот подход предполагает, что сознание и субъективность не являются метафизическими сущностями, а представляют собой результат нейронной динамики и сетевых структур мозга. Привлечение нейрокогнитивных моделей позволяет рассматривать разум как сложный ансамбль взаимосвязанных процессов, распределённых между различными уровнями нейронной организации. Использование сетевых моделей мозга, основанных на современных представлениях о коннектомике, способствует анализу разума как вариативной и самоорганизующейся структуры, что согласуется с постгуманистическим и технологическим пониманием когнитивности.

В качестве общенаучных методов применяются дискурсивный анализ, позволяющий исследовать трансформацию философских представлений о разуме в различных историко-культурных контекстах, а также сравнительно-аналитический метод, используемый для сопоставления модернистских, постмодернистских и постчеловеческих концепций субъектности и когнитивности. Структурно-логический метод обеспечивает возможность построения целостной модели постчеловеческой онтологии разума, интегрирующей теоретические элементы из гуманитарных, технологических и естественнонаучных областей знания.

Результаты исследования

Полученные результаты демонстрируют, что постмодернистская критика субъекта привела к фундаментальному переосмыслению его структуры и онтологического статуса. Децентрация субъекта, характерная для работ Ж.-Ф. Лиотара и Ж. Деррида, раскрыла разрыв между классической моделью разума ‒ предполагающей единство, автономность и рациональную прозрачность ‒ и дискурсивным многообразием, определяющим современное когнитивное поле. Постмодернистская парадигма показала, что субъект не является первичным источником смысла, а формируется в результате сложных процессов различения, интерпретации и языковой игре, что соответствует постструктуралистской установке на множественность и нестабильность смысловых структур.

Дальнейшее развитие этих процессов привело к формированию постчеловеческого горизонта, в котором происходит гибридизация человеческого и технологического измерений. Постгуманистические концепции Р. Брайдотти подчёркивают, что современный человек становится не автономным центром, а узлом в сети биологических, технических и информационных связей. Возникают новые формы когнитивности ‒ машинные, нечеловеческие, гибридные, ‒ которые нельзя интерпретировать через классическую антропоцентрическую призму. В работах Л. Флориди подчёркивается, что информационная реальность формирует собственные агенты ‒ от алгоритмов до самообучающихся систем, ‒ которые обладают способностью к интерпретации и принятию решений. Таким образом, когнитивное пространство расширяется за пределы человеческого мозга, включающее в себя цифровые, биотехнические и искусственно-интеллектуальные компоненты.

Исследование онтологических характеристик постчеловеческого разума демонстрирует, что когнитивные процессы приобретают сетевую, нелокальную и распределённую форму. Теория расширенного разума Э. Кларка подтверждает, что мышление не ограничено биологическим телом, а разворачивается в интеракциях между мозгом, инструментами и окружающей средой. Работы П. Черчленд по нейрофилософии показывают, что даже в пределах биологического субъекта разум представляет собой динамическую сеть нейронных взаимодействий, подверженную перестройкам и адаптивным изменениям. В совокупности это обосновывает постбиологичность субъективности: разум становится не метафизической сущностью, а процессуальным состоянием многослойных систем ‒ от органических до цифровых. Переплетение телесных, биотехнических и цифровых компонентов формирует «онтологическое смешение», характерное для постчеловеческой когнитивности (Рисунок 1).

Рисунок 1. Постчеловеческая онтология разума

В рамках анализа становится возможным сформулировать проект новой онтологии разума.

Во-первых, разум следует рассматривать как процесс становления ‒ динамическую, открытую и самоконституирующуюся структуру, что согласуется с постструктуралистской концепцией différance и постгуманистическим акцентом на процессуальности.

Во-вторых, разум проявляется как множественность взаимодействующих когнитивных систем: биологических, алгоритмических, гибридных, каждая из которых обладает частичной агентностью и способностью участвовать в формировании когнитивных контекстов. Такой подход позволяет преодолеть ограниченность классических моделей, ориентированных на единственный центр рациональности.

В-третьих, формируется новая модель агентности и ответственности, связанная с гибридной субъектностью: в условиях распределённого разума решения и действия не могут быть сведены к изолированному индивиду. Это требует разработки новых этических и онтологических моделей, способных учитывать совокупность человеческих и нечеловеческих факторов, участвующих в когнитивных процессах (Рисунок 2).

Рисунок 2. Взаимодействие биологических, технологических и цифровых агентов

Таким образом, результаты исследования подтверждают необходимость перехода к постчеловеческой онтологии разума, способной адекватно описывать сложную конфигурацию современного когнитивного бытия и интегрировать достижения постмодернистской критики, постгуманистических теорий, философии искусственного интеллекта и нейрофилософии.

Обсуждение результатов исследования

Исходя из результатов исследования можно утверждать, что выявленные онтологические характеристики постчеловеческого разума согласуются с ключевыми установками как постмодернизма, так и постгуманизма. Постмодернистская деконструкция субъекта, представленная у Ж. Деррида и Ж.-Ф. Лиотара, задаёт исходную точку для осмысления децентрации разума, выявленной в исследовании. Результаты анализа показывают, что разрыв между классической моделью разума и дискурсивным многообразием когнитивных процессов становится предпосылкой для формирования гибридных и нелокальных форм мышления. Таким образом, связь между постмодернистской «смертью субъекта» и появлением в постгуманизме множественных форм разума обнаруживается как логическое продолжение эпистемологического поворота: если в рамках позднего модерна субъект утрачивает статус единого центра рациональности, то в постчеловеческой перспективе на его месте возникает сеть распределённых когнитивных агентов ‒ биологических, технологических и цифровых (Таблица 1).

Таблица 1.

Эволюция представлений о разуме

Теоретические результаты исследования имеют значительный методологический и мировоззренческий потенциал.

Во-первых, перемещение разума с индивидуального на распределённый уровень соответствует как теории расширенного разума Э. Кларка, так и нейрофилософским моделям П. Черчленд. Обнаруженная в исследовании сетевая и нелокальная структура когнитивности подтверждает, что современное мышление является результатом множественных взаимодействий между различными формами агентности и не может быть сведено к нейронным процессам биологического субъекта.

Во-вторых, результаты исследования усиливают тезис о кризисе антропоцентризма. Постбиологичность и технологическая вплетённость когнитивных процессов, выявленные нами, предполагают необходимость новой этики когнитивных отношений, учитывающей участие алгоритмических и нечеловеческих акторов в процессе принятия решений. В этом контексте философия Л. Флориди о «инфосфере» становится особенно значимой: если агентность распределена между человеком и системами ИИ, то ответственность и этическая регуляция должны быть переосмыслены с учётом гибридной субъектности. Кроме того, взаимодействие человека с ИИ открывает новые возможности ‒ от усиления когнитивных способностей до расширения инструментов анализа, ‒ но одновременно создаёт риски потери автономии, зависимости от алгоритмических структур и возникновения новых форм когнитивного неравенства.

Заключение

Проведённое исследование позволяет сделать вывод о том, что переход от эпохи постмодерна к постчеловеческим формам бытия сопровождается глубокой трансформацией представлений о природе разума. Постмодернистская децентрация субъекта и критика универсалистских моделей мышления создали условия для переосмысления когнитивности как феномена, не сводимого к автономной человеческой рациональности. В постчеловеческом горизонте разум предстает как гибридная, распределённая и нелокальная структура, формирующаяся на пересечении биологических, технологических и цифровых процессов. Такая онтологическая модель учитывает множественность акторов, участвующих в производстве когнитивных состояний, и тем самым преодолевает антропоцентрические ограничения классической философии сознания.

Теоретический вклад исследования состоит в разработке междисциплинарной методологической модели анализа когнитивных трансформаций, объединяющей постмодернистские, постгуманистические, нейрофилософские и технологические подходы. Показана логическая связь между постмодернистской критикой субъекта ‒ выявившей его фрагментарность и нестабильность ‒ и постгуманистической реконструкцией разума как множества взаимодействующих когнитивных систем [7]. Тем самым исследование демонстрирует, что постчеловеческая онтология является не разрывом, а продолжением и углублением тех эпистемологических изменений, которые начались в рамках постструктуралистской парадигмы.

Практическая значимость работы направлена на дальнейшее развитие философии технологий, этики искусственного интеллекта и антропологии будущего. Результаты могут быть использованы при разработке концептуальных моделей гибридного разума, формулировании нормативных стратегий взаимодействия человека и ИИ, а также при создании теоретической базы для исследований в области нейроинтерфейсов, биоинженерии и цифровых когнитивных сред [8]. Полученные выводы открывают возможности для формирования нового философского взгляда на разум в условиях стремительного технологического развития и служат основой для углубления междисциплинарного анализа когнитивных процессов в эпоху постчеловека.

Список литературы:

1. Подорога Б. В. Понятие метанарратива в философии Жана-Франсуа Лиотара: кризис Просвещения и альтернатива постмодерна //Полилог. – 2018. – Т. 2. – №. 3. – С. 6-25.
2. Беляева А. М. Деконструкция как особая стратегия интерпретации //Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. – 2008. – №. 1. – С. 61-71.
3. Braidotti R. Affirmative ethics, new materialism and the posthuman convergence //Bridges to global ethics: Geoethics at the confluence of humanities and sciences. – Cham: Springer International Publishing, 2023. – С. 93-108.
4. Хлебников Г. В. Философия информации Лучано Флориди //Теория и практика общественно-научной информации. – 2013. – №. 21. – С. 15-58.
5. Подопригора А. В. Искусственный интеллект как дискурс самопознания и самоорганизации цифрового социума //Социум и власть. – 2019. – №. 1 (75). – С. 7-20.
6. Стропаро А. Л., Жуниор Л. П. Теория расширенного сознания и рождение гибридной идентичности: существует ли когнитивный посредник? //Социальные явления. – 2021. – №. 1. – С. 17-22.
7. Бурнашев Р. Ф., Абдураимова М. Ф. От гуманизма к постгуманизму: переосмысление человека в постмодерне //Universum: общественные науки. – 2025. – Т. 2. – №. 11 (126). – С. 4-8.
8. Бурнашев Р. Ф., Зокирова З. О. От антропоцентризма к техноцентризму: философия цифрового постчеловека //Universum: общественные науки. – 2025. – Т. 2. – №. 11 (126). – С. 9-13.