Семантико-грамматическая концептуализация понятия "дом" в дискурсивном пространстве диалектного нарратива-воспоминания

The semantic and grammatical conceptualization of notion “house” in discourse space of dialect narration-recollection
Цитировать:
Литвинова Н.Б. Семантико-грамматическая концептуализация понятия "дом" в дискурсивном пространстве диалектного нарратива-воспоминания // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2018. № 3 (49). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/5637 (дата обращения: 01.11.2020).
Прочитать статью:

АННОТАЦИЯ

В статье на материале одного из восточностепных диалектов украинско-русского пограничья рассматривается структурная специфика формирования семантики концепта «дом», создаваемая грамматическими типами конструкций диалектной речи в контексте её микротематического развёртывания в рамках речевого жанра.

ABSTRACT

In the article on the material of one of the Eastern-Step dialects of the Ukrainian-Russian borderland, the structural specificity of the semantics’ formation of the concept “house”, created by grammatical types of dialect speech constructions in the context of its micrоthematiс unfolding within the framework of the speech genre, is considered.

 

Ключевые слова: диалектный текст, синтаксическая конструкция, концепт, дискурс, диалектная картина мира.

Keywords: dialect text, syntactic construction, concept, discourse, dialect picture of the world.

 

В диалектном дискурсе в совокупности высказываний способны актуализироваться наиболее значимые в ментальном плане смысловые доминанты мировоззрения диалектоносителей. Природа дискурса такова, что, с одной стороны, каждый новый контекст диалектного повествования выявляет устойчивые дискурсивные мотивы, однако, с другой стороны, специфические условия порождения диалектной речи в едином акте познания и коммуникации могут продуцировать всё новые варианты уже известного концептуального содержания [12, с. 74; 13, с. 29], что делает чрезвычайно перспективным рассмотрение диалектных концептов в плане народной культуры отдельных территориальных ареалов.

В последнее десятилетие лексико-грамматическое изучение различных слагаемых концептосферы диалектной речи неизменно находится в центре внимания исследователей. Наиболее подробно описаны концепты, репрезентирующие в диалектном дискурсе философские категории времени (С. Белякова [1], Г. Калиткина [11], П. Якимов [19]) и пространства (Л. Гынгазова [7], С. Волошина [2], Ю. Косицина [14], Н. Лагута [15], Е. Нефедова [16] и др.), а также концепты, связанные с осмыслением диалектоносителями понятий социального порядка – «семья», «труд», «здоровье» (Ю. Драчёва, Н. Зубова [8], И. Поповичева [18]), «государство» (Ю. Грицкевич [6]). Семантика темпоральных и локальных концептов воплощается главным образом в оппозиции «раньше / сейчас» сквозь призму традиционных представлений диалектоносителей о сложившихся на их территории духовно-нравственных нормах жизни. С собственно лингвистической точки зрения концепты времени и места транслируют знания о фрагментах диалектной картины мира, особенностях структуры диалектного дискурса, проявляющихся в зафиксированных текстах-нарративах различных диалектных ареалов.

В таком контексте концепт «дом» в концептосфере отечественной диалектологии рассмотрен как часть жизненного пространства в тематико-семантическом поле других понятий – явлений языковой картины мира диалектоносителя (М. Житникова [9], Е. Иванцова [10]). Семантически понятия «дом», «место проживания» составляют константы воплощения пространственной категории в языковом сознании диалектоносителя, фрагменты которого находят отображение в речевом жанре автобиографического рассказа [4, с. 28]. При этом дом выступает одним из центральных понятий народного мировидения, координатой измерения традиционно-ценностных представлений человека [9, с. 17; 10, с. 15; 15, с. 126].

Начало повествования о своей жизни информанты начинают с указания даты и географического места рождения. Данный факт констатируем диалектологами в проведённых исследованиях нарративов о жизни, репрезентирующих русскую диалектную речь [3, с. 15]. Зафиксированные нами тексты-автобиографические нарративы – образцы речи одного из восточностепных диалектов украинско-русского пограничья, помимо этой информации, нередко содержат также указания на месторасположение дома, где диалектоносители провели детство. Такие упоминания в структуре диалектных высказываний носят локально-уточняющий, дополняющий и тематически расширяющий характер. Произнесённые диалектоносителем вскользь, они тем не менее обозначают новую тему конкретизации им пространства, которая находит развитие как в отдельном повествовании, так и в дискурсе других текстов-воспоминаний, становясь тематической константой повествования о жизни от рождения до настоящего момента. В процессе разворачивания повествования говорящий время от времени возвращается к концептуальному понятию «дом» уже в ином семантическом пространстве социального статуса жизни.

Цель данной работы – выявить не исследованные ранее структурно-семантические средства концептуализации понятия «дом» (в языковом варианте изучаемого диалекта – «дом» («хата»)), создаваемые грамматикой диалектной речи в рамках речевого жанра автобиографического нарратива, дополнив тем самым имеющиеся в научном поле диалектной концептосферы факты о структуре базового концепта «дом».

Наблюдения над высказываниями автобиографических повествований исследуемого диалекта свидетельствуют об отсутствии в нём лексикализации семантики концепта «дом» и преобладании локализирующе-пространственной семантики в конструкциях с номинативом «хата», который выступает средством ориентации в географическом пространстве населённого пункта и средством-координатой отсчёта начала жизненного пути диалектоносителя от родительского дома.

Семантику высказываний с концептом «дом» первой группы формируют обстоятельственные предложно-номинативные и предикативные конструкции: а в·ін о|дин◡йе|д’інств·ен∙иĭ геи|роĭ у◡Б·ір’у|ков·і // |може ти |ч’ула за◡|його? // Шеиў|ч’енко І|ван Гри|горович’ // у◡нас він  о|дин // а із̭с|того / с◡т’і|йеĭ |хати / де жи|ве Г|риш·іха |В·ерка //; у◡|мене каве|л’ер буў / су|с’ід̭т // |чеиреиз̭с дв·і |хати //; переĭш|ли ми ў◡ту ш|колу / поў|ч’ілис’а ми |мабут’ там ўс’о|го з◡|м·іс’ац’ і в·ідк|рили о|тут ш|колу на◡уг|лу // |р’адом зо◡м|нойу / |ч’еіреиз од|ну |хату йа жи|ла // ми жи|ли о|там // |ч’еіреиз од|ну |хату в·ід̭т◡т’іĭ ш|коли //; |тоже◡ж̭ш|баба |Н’інка / шо жи|ла Бескара|ваĭна о|там / за Та|расовоĭ |хатойу / го|р’іло // ну йа там неи◡з|найу шо там // х|то◡там |шо◡там // ба|гато го|р’іло // о|тут◡ос’ на / на◡Хутор|ку |хата //; у◡су|с’ідн’оĭ |хат’і жиў  тоĭ  / д’ід̭т   |Гус’оў //; н’е / не◡з◡од|нойі ми / там ў◡нас три |вулиц’і / о|це бу|ла Ст’еп|на / Гру|шова / Ого|родн’а / о|це три // то◡ж̭ш там / там |т’іки три про|вулка / а то|д’і о|це аж̭ш про|вулок |коло то|го / ос’ на◡|балоч’ку / |коло Хведо|ренка / о|це◡ж̭ш про|вулок // це ўже / тут◡же не◡бу|ло ха|т’іў //; о|ни жи|ли |саме к|раĭн’а◡к|раĭн’а |хата ту|ди◡аж / де |Паўлоўка / |саме к|раĭн’а //; о|це де |Вал’а жи|ла Хаму|т’анска о|це / т’от’ |Вал’а Хаму|т’анска / а там буў дом / ш·ас / йа◡ĭ не◡з|найу / хто там жи|ве ш·ас //.

Семантику высказываний второй группы формируют предложные и беспредложные предикативные конструкции:

йа  ро|дилас’а  тут / у◡Б·ір’у|ков·і / ў◡т’іĭ  |хат’і / де  |Ала  За|мул’іна жи|ве / де Заму|ли // а|га / о|там  м·іĭ дом  ро|д’імиĭ //; |наша |хата деиреиў|йана бу|ла / коми|шом к|рита // і |наша |хата ди|вилас’ у◡дв·ір і|ш·е |р’адом / йак у◡|хату / у◡дв·ір і|деш / так сп|рава ш·е |хата д|л’ін:а // |тоже у◡дв·ір ди|вилис’а // о|це нас там  жи|ло с’ім|йа //; а ну там◡же◡ж̭ш на◡Базар’с|к·іĭ / де Пусто|в·етови о|це жи|вут’ / там◡жеи◡ж̭ш|хата ш·е бу|ла |наша / |бат’ко◡ĭ◡|мати там жи|ли //; о|це ос’ м·іĭ / |р’ідна |хата / о|це де йа / го|род̭т / і йі|йі йак◡раз̭с і о|це◡ж̭ш од|на с·|т’інка //; а в·ін сам з◡о|ц’іĭ |хати о|це де І|ван |Усоў // |д’ад’а о|тут ро|диўс’а / же|ниўс’а / а то|д’і |вийіхаў у◡Ново|шахт’інск / йак нач’а|ли роз̭ску|лач’уват’ / а / а |хату о|то кол|хоз заĭ|н’аў / а то|д’і //.

С. Волошина отмечает, что номинатив «дом» в мировидении диалектоносителя выполняет функцию расширения представлений о социальном благополучии жизни [3, с. 19]. В зафиксированных нами диалектных нарративах прецедентом осмысления диалектоносителями оппозиционных понятий «богатство / бедность» становятся именно конструкции с концептом «дом» в сочетании с семами «жить в доме», «приобретать дом», «строить дом»:

ў◡нас |хата здо|рова / а |т’іки д|войе нас / дв·і  д’іў|ч’ат бу|ло / так у◡нас о|це са|ме йак буў  пид◡Ос|таховойу бо|йі / так у◡нас п·ат’ ч’оло|в·ік  |ранеитих леи|жало / а ч’еіреиз̭с  до|рогу жи|ла Йеў|с’ейоўна / це◡шо  над◡м·іст|ком / а  йі|йі  |бат’ко |фел’шер / ш·і|таĭ ўрач’ / і о|на то|же са|ма |тойі / так ў◡осноў|ном о|то в·ін по◡ўс’іĭ  |вулиц’і  |ранеитих //; у◡три|ц’атих го|дах / це◡ж̭ш йа ш·е ма|ла / но |йісти у◡нас у◡|хат’і н’і|ч’ого не◡бу|ло //; а|ну / йа йо|му ка|зала / ч’і т’еі|б·і о|це не◡с|тидно / ти◡ж г|лаўниĭ бу|галтеир / а ў◡йа|к·іĭ |хат’і жи|веш /  га? //; ўже ў◡нас ц’а |хата бу|ла зава|л’алас’а // о|на ста|рен’ка бу|ла // ми то|д’і / |папка ку|пиў |хату о|тут у◡Т’іп|л’інских у◡сво|го у◡дво|йуридного б|рата / от // і ми то|д’і там жи|ли //; неи|йісти / неи◡пит’! // пус|та |хата! // і ми ў◡пус|ту |хату ўв·іĭш|ли //; пост|ройіли ми о|це дом ос’ у◡про|вулку // здо|ровиĭ / ха|рошиĭ дом пост|ройіли //.

В. Гольдин, Г. Калиткина указывают на тот факт, что концепты в диалектном дискурсе являются трансляторами устойчивых ценностно-этических смыслов, то есть обнаруживают связь с нравственными представлениями диалектоносителя [5, с. 6; 13, с. 40]. В этом отношении подробного семантико-структурного анализа заслуживают высказывания, содержащие номинатив «дом» в сочетании с семой «строить дом». В данном семантическом контексте для диалектоносителя важным является подчёркивание способности самостоятельно построить дом в тяжёлых условиях бедности как залог обретения социального статуса благополучия, признак жизненной зрелости, трудолюбия:

перез’іму|вали ў◡ц’іĭ |хат’і ў◡шеі|с’ат с’ід’|мом го|ду / ў◡ц’іĭ |хат’і / а ў◡шеі|с’ат вос’|мом го|ду нач’а|ли ст|ройіц’∙а // от / і так поте|хен’ку ст|ройілис’ / |вистройіли // |хату ц’у |вистройіли // а ў◡соў|хоз’і йа |тоже◡ж̭ш  |хату пост|ройіў! //; о|ц’у |хату йа ст|ройіў / |л’іч’но / сам! //; а шо в·ін сам тру|д’ага / стра|шен:иĭ тру|д’ага! // сам дом пост|ройіў без̭с◡ў|с’акоĭ |помош·і / от //; хата йіĭ да|лас’а т’аже|ло / са|ма без̭с ч’оло|в·іка постро|йілас’ і  ўс’е◡раў|но◡ж дебе|лен’ка |хата  / непа|гана //; і о|це йа ўже же|ниўс’а // |іл’і йак о|но / ў◡п|риĭмах / да? // ў◡п|риĭмах // ту|да◡с’у|да / р’е|шиў пост|ройіт’ // йа с’ем раз̭с пода|ваў зайаў|л’ен’ійе на◡|разн’і м·ес|та / шоб̭п пост|ройіц’а // ну ўже |нада / шо◡ж̭ш / ч’ело|в·ек |должен пост|ройіт’ дом / |викопат’ ко|лод’ец  і  ро|д’іт’ |сина //.

Номинатив «дом» в структуре высказываний дискурсивного пространства зафиксированных диалектных нарративов также формирует семантику должного ухода за строением для поддержания порядка в нём и его сохранения. Такие высказывания насыщены конструкциями-императивами:

ну та і |хату |мазали // бу|ло |мажеш◡|мажеш / а о|на |воз’ме п|роĭде  по|дивиц’:а / неип|рав·іл’но! // по:бди|райе / да|ваĭ сна|ч’ала |мазат’! / от // неип|рав·іл’но / |мажте так / йак по|ложено //; а це |нада о|це◡ж̭ш м·і|н’і  ш·е  раз̭с  |лаком ўскрит’ в·ік|но у◡|ц’ому / у |хат’і / шо пос|тавили // о|но там о|дин раз̭с ск|рите / а по|том  ко|ли оби|вали вок|руг конд’іцио|н’ера п|ланоч’ками і т’і п|ланоч’ки воб̭п|ш·е не◡полак·і|рован’і / о|це◡ж м·і|н’і |лаком ўскрит’ |нада // а по|том і|ш·е на◡|улиц’і о|л’іфойу // а воб̭п|ш·е  ш·е◡ĭ  |в·ікна |нада◡б̭п по|мит’ // та про:|л’іфит’ на◡|улиц’і //.

Дом в запущенном состоянии вызывает у диалектоносителя осуждение, неуважение, что выражается через употребление говорящим экспрессивно-императивных конструкций:

ну / це◡ж̭ш по|думат’ та|ку кра|савиц’у |хату довес|ти до◡та|кого состо|йан’ійа / га?! //; |Шура / о|це с|т’іки йа з◡|ними  там прожи|ла / н’і|ч’ого не◡|мажиц’а // о|то од|ну / |хата◡ж̭ш  |такжеи◡ж̭ш на◡три поло|вин’і / йак у◡л’у|деĭ / і о|то / |каже / у◡двох |комнатах жи|ли / а те◡ĭ не◡т|рогали! //.

Тип постройки дома, способы его отделки выступают основой обращения к микротеме истории развития населённого пункта, сравнения настоящего и прошлого в общей канве повествования автобиографического нарратива:

а |п·ісл’а в·іĭ|ни / На|таша / |п·ісл’а в·іĭ|ни◡ж бу|ли / у◡нас◡же◡ж̭ш ўс’і со|ломйан’і ха|ти! // ўс’і соло|мойу! // ўсе / неи◡бу|ло н’і|ч’о! // поч’а|ли буду|ватис’ |п·ісл’а в·іĭ|ни // у◡одно|го побуду|вали / п·іш|ли до◡д|ругого / до◡т|рет’ого // та неи◡бу|ло то|го дн’а / неи◡бу|ло т’і|йеĭ неи|д’іл’і / шоб̭п неи◡л’і|пили ха|ти! // ч’ім ст|ройалис’ / дес’ йа|кус’ |шихвер ку|пили / йа|кус’ ч’ереи|пиц’у ро|били // дес’ йа|кус’ це купу|вали / покри|вали //; а ка|м·ін:а |хата / о|на◡ж  воб̭п|ш·е ш·е◡ĭ  |ц’іниц’а / пото|му◡шо о|на  шо / ну штука|турку обод|раў і там шо |хоч’еш ро|би // і о|на так / |л’ітом у◡н’іĭ прох|ладно / а з’і|мойу |тепло / пото|му◡шо |кам·ін’ сохра|н’айе теп|ло і прох|ладу сохра|н’айе / і |воб̭пш·ім  ўсе / шо  |хоч’іш //; і де о|це там о|то  зем|л’аноч’ки◡|кухн’і |коĭ◡де стир|ч’али та і ўсе // це ўже по|том с|тали ўсе вист|райуват’ до|ма та ўсе сгу|ш·ац’:а◡сгу|ш·ац’:а  пост|роĭки / от //.

Примечательно, что в диалектной картине мира в рамках темпоральной парадигмы настоящее – прошлое высказывания с семантикой настоящего наделены, как правило, отрицательным оценочным модусом: диалектоносители склонны идеализировать прошлое, видеть в нём эталон норм жизни [17]. Однако в зафиксированных нами высказываниях с номинативом «дом» положительным модусом наделено именно настоящее, в котором пространство жизни человека в доме меняется к лучшему:

і до|ма |луч’:і с|тали / от // пост|роĭки ц’і◡ж̭ш // не◡те шо упе|ред̭т бу|ла |хата пид◡тим / пид со|ломойу // йак  пок|рийут’ / оĭ / йак це хара|шо! // пидстри|жут’ йі|йі кра|йа // та|ка ха|роша // і не◡тек|ла◡ж̭ш / н’і|ч’ого // ў◡|хат’і бу|ли сволоч’|ки / с|волок здо|ровиĭ буў //  [– а шо це та|ке? //] ну ота|ке бр’еў|но бу|ло здо|рове // ле|жало так◡от / от с|т’інки і до с|т’інки / а тут о|ц’і кра|йа і ц’і кра|йа бу|ли ота|к·і сволоч’|ки / йак о|це |рейіч’ки ле|жат’ о|так // нази|вайец’а сволоч’|ки // о|це◡ж̭ш по◡цих  сволоч’|ках б·і|лили // |мазалос’а / б·і|лилос’а // і с|волок по|б·ілиш і пр’ам так хара|шо бу|ло // от // а |зараз̭с ка|н’ешно |лучше ў◡ха|тах // і / і с|тел’і р’іў|нен’к·і / і с|т’іни р’іў|нен’к·і! // не◡те / шо бу|ло // от // |л’уди / йак о|то |кажут’ / за|житоч’но с|тали жит’ // не◡те / шо |ран’ше //.

Употребление диалектоносителями восклицательных конструкций свидетельствует о личностно значимых смыслах, которыми наделен концепт «дом» в диалектном сознании.

Таким образом, концептуализация понятия «дом» в проанализированных выше высказываниях с номинативом «дом» в пространстве исследуемых автобиографических нарративов происходит на уровне сем «находиться», «жить в доме», «приобретать дом», «строить дом», «дом в прошлом – настоящем». Такая семантика формируется обстоятельственными предложно-номинативными и предикативными конструкциями, предложными и беспредложными предикативными конструкциями, императивными и экспрессивно-императивными конструкциями.

С другой стороны, функционирование номинатива «дом» в диалектных текстах обозначенного речевого жанра связано с очевидным тематическим развитием диалектного повествования. Если принимать во внимание утверждение, согласно которому любое тематическое ответвление в речи диалектоносителя оказывается вписанным в многоуровневый смысловой контекст [14, с. 81], то концептуализация понятия «дом» приобретает в дискурсивном пространстве рассмотренных текстов широкую экзистенциальную и культурно-социальную значимость. На наш взгляд, это даёт возможность рассматривать понятие «дом» как один из базовых концептов диалектной картины мира наряду с концептами «жизнь», «семья», «работа», «традиция».

В дальнейшем детальное изучение структурно-семантических средств концептуализации номинатива «дом» в других диалектных системах в сравнительном аспекте вовлечения в научное поле значительного текстового материала позволит сформировать объективное понимание закономерностей вычленения составляющих диалектной концептосферы.

 

Список литературы:
1. Белякова С.М. Образ времени в диалектной картине мира (на материале русских старожильческих говоров юга Тюменской области). – Тюмень: Изд-во Тюм. гос. ун-та, 2005. – 263 с.
2. Волошина С. В. Автобиографический рассказ как объект лингвистического исследования // Вестник Том-ского государственного университета. – 2008. – № 308. – С. 11 – 14.
3. Волошина С. В. Хронотоп жизненного пути в диалектной коммуникации (на материале автобиографиче-ских рассказов) // Вестник Томского государственного университета. Филология. – 2011. – №1 (13). – С. 14 – 21.
4. Волошина C. B. Репрезентация концепта «Сибирь» в автобиографических рассказах томских крестьян // Вестник Томского государственного университета. Филология. – 2017. – № 47. – С. 28 – 38.
5. Гольдин В. Е. Повествование в диалектном дискурсе // Известия Саратовского университета. – 2009. – Т. 9. – Сер. Филология. Журналистика. – Вып. 1. – С. 3 – 7.
6. Грицкевич Ю. Н. Номинативное поле концепта «государство» в диалектном дискурсе // Вестник Псковско-го государственного университета. Серия: Социально-гуманитарные науки. – 2011. – № 15. – С. 73 – 76.
7. Гынгазова Л.Г. Концепт «Путь» в картине мира языковой личности диалектоносителя // Новая Россия: но-вые явления в языке и науке о языке. –Екатеринбург, 2005. – С. 69 – 75.
8. Драчева Ю. Н., Зубова Н. Н. Мультимедийный корпус «жизненный круг» как основа изучения когнитивной составляющей диалектной языковой личности // Вестник Череповецкого государственного университета. – 2015. – № 6. – С. 58 – 61.
9. Житникова М.Л. Дом как базовое понятие народного мировидения (лингвокультурологический аспект): Автореф. дис. ... канд. филол. наук. –Томск, 2007. – 27 с.
10. Иванцова Е.В. Вариативность текста как проявление речевой культуры диалектной языковой личности // Вестник Томского государственного университета. – 2013. – № 376. – С. 14 – 19.
11. Калиткина Г. В. Объективация традиционной темпоральности в диалектном языке: Автореф. дисс. ... докт. филол. наук. – Томск, 2010. – 42 с.
12. Калиткина Г. В. Модусы времени в текстах диалектного дискурса // Текст. Книга. Книгоиздание. – 2014. – № 3 (7). – С. 65 – 76.
13. Калиткина Г.В. «Стара, вот и рассказую всё...» дискурсивный корпус традиции и жанр «передача традици-онной этики» // Вестник Томского государственного университета. Филология. – 2016. – № 4 (42). – С. 22 – 43.
14. Косицина Ю.В. Тематическое развитие диалектного монологического текста в контексте языкового созна-ния говорящего // Вестник Челябинского государственного университета. – 2011. – № 3 (218). – Филология. Искусствоведение. – Вып. 50. – С. 78 – 83.
15. Лагута Н.В. Пространственное зонирование и его актуализация в диалектных высказываниях // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. – 2013. – № 4. – С. 125 – 127.
16. Нефедова Е.А. Простор, свобода, воля в народной речевой культуре // Известия Волгоградского государ-ственного педагогического университета. – 2016. – № 9-10 (113). – С. 117 – 121.
17. Оглезнева Е.А. Диалектные высказывания с ключевыми словами «раньше» и «сейчас»: лингвокультуроло-гический анализ / [Электронный ресурс]. – Режим доступа. – URL: http://cyberleninka.ru/article/n/dialektnye-vyskazyvaniya-s-klyuchevymi-slovami-ranshe-i-seychas-lingvokulturologicheskiy-analiz (дата обращения 10.02.2018).
18. Поповичева И.В. Социальная картина мира русского крестьянства и её репрезентация в диалектном дис-курсе // Язык и культура. – 2014. – № 13. – С. 7 – 13.
19. Якимов П. А. Особенности диалектной картины мира (на материале говоров Оренбургской области) // Мир науки, культуры, образования. – 2012. – № 5. – С. 301 – 303.

 

Информация об авторах

канд. филол. наук, доцент, доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин, Луганская государственная академия культуры и искусств имени М. Матусовского, г. Луганск, ул. Красная площадь, 7

Candidate of Philology, Associate Professor of Department of Social and Humanitarian Disciplines, Lugansk State Academy of Culture and Arts named after M. Matusovsky, Krasnaya Square, 7, Lugansk

Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Лебедева Надежда Анатольевна.
Top