ИСПАНКА КАК ИДЕАЛ ПОКОЛЕНИЙ В ПОЭЗИИ КАСЫМА АМАНЖОЛОВА

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена анализу образа испанки в стихотворении «Я люблю испанку» казахского поэта Касыма Аманжолова, написанном в контексте Гражданской войны в Испании. Рассматривается трансформация байроновского мифа об Испании и испанке как фигуре свободы и героизма в условиях иной исторической и культурной реальности. Показано, что в отличие от романтической парадигмы Дж. Г. Байрона, где Испания выступает пространством возможного действия и личного опыта, в анализируемом стихотворении испанка утрачивает антропологическую конкретность и превращается в символ недостижимого идеала. Особое внимание уделяется семантике образа Пиренеев как границы и предела исторической возможности.

ABSTRACT

This article analyzes the image of the Spanish woman in the poem "I Love the Spanish Woman" by Kazakh poet Kasym Amanzholov, written in the context of the Spanish Civil War. The article examines the transformation of the Byronic myth of Spain and the Spanish woman as a figure of freedom and heroism in a different historical and cultural reality. It demonstrates that, unlike Byron's Romantic paradigm, where Spain serves as a space for possible action and personal experience, in this poem, the Spanish woman loses her anthropological concreteness and becomes a symbol of an unattainable ideal. Particular attention is paid to the semantics of the Pyrenees as the boundary and limit of historical possibility.

Ключевые слова: казахская литература, Аманжолов, образ испанки, миф об Испании, байронизм, Пиренеи, свобода, героизм.

Keywords: Kazakh literature, Amanzholov, image of the Spanish woman, myth of Spain, Byronism, Pyrenees, freedom, heroism.

1. Введение

Настоящая статья приурочена к 155-летию со дня рождения Касыма Аманжолова, которое будет отмечаться в октябре текущего года. Выбор времени публикации – февраль – также не случаен. 28 февраля в Испании отмечается День Андалусии, региона, который в европейском культурном воображении XIX–начала XX века стал источником наиболее устойчивых представлений об испанском характере.

Фламенко, коррида, культ чести, страсть, готовность к самопожертвованию и внутренняя независимость – эти черты, исторически и культурно связанные, прежде всего, с Андалусией, в массовом сознании были распространены на Испанию в целом. Обращение Касыма Аманжолова к образу испанки как символу свободы и героизма оказывается вписанным в широкий европейский контекст романтического мифа об Испании, ядром которого стала Андалусия.

Цель исследования

Целью статьи является выявление специфики образа испанки в стихотворении «Я люблю испанку» как символа свободы и героизма, а также анализ трансформации байроновского мифа об Испании и границы в поэзии казахского поэта в контексте исторической ситуации конца 1930-х годов.

Задачи исследования

Для достижения поставленной цели в статье предполагается решение следующих задач:

1. Рассмотреть историко-культурный контекст создания стихотворения «Я люблю испанку» и его соотнесённость с событиями Гражданской войны в Испании.

2. Проанализировать художественные особенности образа испанки как воплощения идеала свободы, героизма и служения народу.

3. Выявить интертекстуальный диалог стихотворения с произведениями Дж. Г. Байрона («Девушка из Кадикса», первая песнь «Паломничества Чайльд-Гарольда»).

4. Показать трансформацию байроновского образа испанки из конкретной, телесно и биографически достижимой фигуры в символ недостижимого идеала.

5. Проанализировать семантику образа Пиренеев как символа границы, предела и исторической невозможности.

6. Определить роль финала стихотворения в переосмыслении романтической парадигмы мечты через категорию тоски.

2. Материалы и методы

Основным материалом исследования является стихотворение «Я люблю испанку», опубликованное в 1938 году, а также произведения Дж. Г. Байрона («Девушка из Кадикса», первая песнь «Паломничества Чайльд-Гарольда»). В работе используются историко-литературный и интертекстуальный методы, позволяющие рассмотреть стихотворение в контексте событий Гражданской войны в Испании и выявить диалог с байроновским мифом об Испании. Применяется сравнительно-сопоставительный и семантический анализ для определения трансформации образа испанки и символики Пиренеев, а также для осмысления финала стихотворения как переосмысления романтической парадигмы мечты через категорию тоски в казахском сознании.

3. Обсуждение и результаты

Касым Аманжолов (1911-1955)  – казахский поэт-классик, участник Великой Отечественной войны. Его стихотворение «Я люблю испанку» было издано в 1938 году, когда историческая Испания была фактически близка к поражению в Гражданской войне (падение Каталонии и Мадрида станет неизбежным к 1939 году). Оно нашло отражение в одноимённом романсе Газизы Жубановой (1927-1993) , где в фортепианном сопровождении имитирован синтез испанской гитары и казахской домбры. Данное стихотворение – единственное в творчестве Аманжолова, где в заглавии присутствует слово «люблю» и подчёркивается конкретная национальность героини. Данное слово в заглавии подводит читателя к тому, что эта любовь изначально невозможна и существует лишь как осознанная дистанция, а не как разворачивающееся в тексте чувство. В первой строке лирический герой просит других девушек не ревновать – ревность возможна лишь там, где есть конкуренция. Его чувство не направлено против других женщин и не предполагает выбора между ними. Испанка изображена не как конкретная женщина, а как воплощение идеала свободы, героизма и служения народу, поэтому она «всем по сердцу», но принадлежать может лишь абстрактному «лучшему из бойцов» [1, с. 103]. Любовь к испанке выражает признание ценности этого идеала; мотив Аманжолова соотносится с восточной лирикой на уровне поэтического мышления. 

Прямое взаимодействие Касыма Аманжолова  с байроновским мифом представляется обоснованным, поскольку он был хорошо знаком с наследием Байрона, о чём свидетельствуют его переводы на казахский язык. Стихотворение «Я люблю испанку», написанное казахским поэтом в советское время, вступает в прямой и осознанный диалог с байроновским мифом об Испании, прежде всего с образами из «Девушки из Кадикса» и первой песни «Паломничества Чайльд-Гарольда». У Байрона испанка – это одновременно и прекрасное тело, и героический дух. Байроновская испанка у казахского поэта превращается из живой, достижимой женщины исключительно в символ недостижимого идеала, а пространство Испании смещается от конкретных городов к предельному образу границы – Пиренеям.

У Байрона Испания – это страна, в которую можно войти телесно и биографически. В «Девушке из Кадикса» испанка предельно конкретна: у неё «очи искрятся в лучах», «кудри – ворона крыла», она танцует, поёт под гитару, молится, мстит за убитого возлюбленного. Байрон пишет, что это женщина страсти и верности, не знающая притворства:

«В ней нет кокетства: ни себя,

Ни друга лаской не обманет;

И, ненавидя и любя,

Она притворствовать не станет»  [3, с. 45].

Её участие в войне соседствует с её телесной и любовной природы. Байрон может сказать в финале: «Но лучше в мире не найти / Мне черноокой кадиксанки!» [3, с. 46], потому что для него эта любовь возможна, пусть и как часть странствующего, неустойчивого, но всё же проживаемого опыта.

В первой песне «Паломничества Чайльд-Гарольда» этот образ расширяется и обобщается: испанка становится фигурой национального героизма. Она оставляет гитару ради войны, ведёт за собой дружину, мстит за павших, «идёт Минервой там, где дрогнуть Марс готов» [4, с. 25] . Однако и здесь Байрон остаётся внутри романтической парадигмы: он – свидетель, участник, путешественник, человек, который может быть рядом с этим миром. Граница между странами у него почти стирается: «Но там, где Португалию встречает Испания, граница не видна» [4, с. 18], внутри текста Испания – открытое пространство действия и выбора.

Совсем иначе работает тот же образ в стихотворении «Я люблю испанку». Здесь от байроновской испанки остаются узнаваемые черты образа – «девушка с кинжалом и гитарой», женщина, способная «сменив гитару / на винтовку, / обгонять юношей порою»,  но у него он очищен от телесности и частной судьбы. Испанка становится не женщиной, а воплощением принципа: «Та, чьё сердце / бьётся для народа». Она любит не человека, а отчизну, и потому её любовь изначально недоступна: «Всем она по сердцу, / но лишь лучший / из бойцов / любви её достоин»  [1, с. 102-103].  Лирический герой заранее исключает себя из числа возможных избранников – и в этом прослеживается ключевой сдвиг.

В стихотворении вместо конкретного «байроновского» города – Кадиса, Севильи, Сарагосы – появляется образ Пиренеев: «Страсть её – / заря на Пиренеях, / небеса / окрасившая ало» [1, с. 102]. Пиренеи – это горная система, служащая естественной границей между Испанией и Францией. В стихотворении «Я люблю испанку» Пиренеи – это недосягаемый хребет мечты, граница, за которой кроется идеал свободы и героизма, к которому хочется тянуться, но нельзя дотронуться; в стихотворении Аманжолова «Потомкам Испании» (1939) по окончании Гражданской войны те же Пиренеи превращаются в рубеж действия, через который пролегает «поток крови юности» [2, с. 25], очищающий страну от старого зла и оставляющий память о подвиге. Если у Байрона Испания – место, куда можно прийти, то у казахского поэта она вынесена за предел досягаемости.

Последние строки стихотворения Аманжолова «Я люблю испанку» таковы:

О такой

Мечтал когда-то Байрон,

О такой

Сегодня я тоскую [1, с. 103].

Профессиональный переводчик, работая с текстом казахского поэта, в заключительных строках стихотворения распознал мотив тоски. В таком случае мы можем говорить о том, что поэт не ставит себя рядом с Байроном, он ставит себя после него в градации  форм внутреннего переживания.

Байрон мечтает (романтик, свободный европеец),
а «я» – тоскую. Тоска есть чувство подавленности, мечта – чувство возможности. В казахском народном сознании тоска высушивает человека, он желтеет, как цветок под жгучим солнцем [5, с. 17].

Данный анализ показывает, что Испания в поэзии Касыма Аманжолова выступает как универсальный образ свободы и героизма, сохраняющий мировое культурное значение даже в трагический момент своей истории и значимый для поэта, далёкого по языку и опыту.

Список литературы:

1. Аманжолов К. Светлый путь: стихотворения, поэмы / пер. с казахского. –  Астана: Аударма, 2011.  –  480 с.
2. Аманжолов К. Нұрлы дүние: таңдамалы өлеңдер мен поэмалар. –  Алматы: Жазушы, 1991. –  392 с.
3. Дж. Байрон. Собрание сочинений: в 4 т. Т. 2 / сост. Р. Ф. Усманова. –  М.: Правда, 1981. –  320 с.
4. Дж. Байрон. Паломничество Чайльд-Гарольда / под ред. Г. Усовой, А. Амирханова. – Пермь: Книжное издательство, 1988. – 400 с.
5. Кендыбаев Ф. Казахская народная лирика : автореф. дис. … канд. филол. наук. –  Алма-Ата, 1964. –  26 с.