ИССЛЕДОВАНИЕ ГЕНЕЗИСА ФОРМИРОВАНИЯ ТЕРМИНОСИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ (НА ОСНОВЕ ДРЕВНИХ СЛАВЯНСКИХ ПИСЬМЕННЫХ ПАМЯТНИКОВ)

RESEARCH OF THE GENESIS OF FORMATION OF THE STATE-LEGAL REGULATION’S TERMINOSYSTEM (BASED ON ANCIENT SLAVIC WRITTEN MONUMENTS)
Левина В.А.
Цитировать:
Левина В.А. ИССЛЕДОВАНИЕ ГЕНЕЗИСА ФОРМИРОВАНИЯ ТЕРМИНОСИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ (НА ОСНОВЕ ДРЕВНИХ СЛАВЯНСКИХ ПИСЬМЕННЫХ ПАМЯТНИКОВ) // Universum: филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2022. 9(99). URL: https://7universum.com/ru/philology/archive/item/14199 (дата обращения: 04.12.2022).
Прочитать статью:

 

АННОТАЦИЯ

Статья посвящена анализу начала систематизации терминов различных областей знаний в системно ориентированную логико-понятийную модель централизованного государства.

Новизна исследования состоит в углублённом и диахроническом подходе к взаимосвязям при образовании сложных логических и родо-видовых отношений в условиях появления древнеславянской письменности, письменных норм права (Русская правда), становления централизованной власти и её правовых основ.

В работе использованы методы сравнительно-сопоставительного, диахронического, логического анализа текста, а также приведены данные статистики в отношении количества и видов лексических единиц в известных памятниках древнеславянской письменности.

На практике результаты работы могут быть использованы в учебной деятельности, составлении и уточнении образовательных программ в области терминологии и изучения причин возникновения и формирования крупных терминологических систем с учётом генезиса предметной области в целом.

ABSTRACT

The article is devoted to the analysis of the beginning of the systematization of terms in various fields of knowledge into a system-oriented logical - conceptual model of a centralized state.

The novelty of the research lies in an in-depth and diachronic approach to interrelationships in the formation of complex logical and generic relations in the context of the emergence of ancient Slavic writing, written norms of law (Russkaya Pravda), the formation of centralized power and its legal foundations.

The article uses such methods of research as a comparative method, diachronic method, logical analysis of the text, as well as statistics on the number and types of lexical units of known monuments of ancient Slavic writing.

In practice, the results of the work can be used in educational activities, drawing up, clarifying educational programs in the field of terminology, and studying the causes of the emergence and formation of large terminological systems, taking into account the genesis of the subject area as a whole.

 

Ключевые слова: терминосистема, термин, намёк, система права, юридическая терминология, родо-видовые отношения, картина мира.

Keywords: terminological system, term, hint, system of law, legal terminology, genus-species relations, picture of the world.

 

Современные подходы к изучению процесса формирования картины мира выявляют новые стороны этого явления с междисциплинарной научной точки зрения. Картина мира в настоящее время классифицируется как многоуровневая система образов, отражающая существующую действительность в сознании отдельного человека, группы людей, региона или целой страны. Подобные картины мира формируются на основании многих исходных факторов, например, таких как этнический состав сообщества, экономические условия проживания, климатические, географические, политические, социальные, исторические, военно-политические и другие.

В современной лингвистике языковая картина мира (как неотъемлемая часть любой картины мира) является одним из фундаментальных направлений исследований. Идеи Вильгельма фон Гумбольдта о связях всех явлений и их частей в сознании человека через язык, высказанные им в XIX веке, получили дальнейшее продолжение в трудах многих исследователей.

В области этнолингвистики существенным достижением было создание гипотезы Сепира – Уорфа, которая рассматривает факторы трактовки норм поведения с учётом культурно-исторического аспекта. А. Тойнби (Исследование истории) выдвинул теорию «локальных цивилизаций», то есть определил границы и количество наиболее существенных этнических групп с ярко выраженными национальными чертами и традициями. А. Смит (Исследования о причинах и богатстве народов) фактически заложил основу современной политэкономии. Он выявил и проанализировал основные экономические факторы в развитии различных регионов, в том числе влияние экономики на социальные процессы.

Картина мира может быть «наивной» или «научной». Очевидно, что «научная» картина, основанная на внутренней логике и определённой терминологии, является результатом развития общества и необходимостью некоторой систематизации возникающих языковых реалий.

Г.В. Кольшанский пишет: «Языковая картина мира базируется на особенностях социального и трудового опыта каждого народа. В конечном счёте, эти особенности находят свое отражение в различиях лексической и грамматической номинации явлений и процессов, в сочетаемости тех или иных значений, в их этимологии… Именно этот человеческий фактор наглядно просматривается во всех языковых образованиях как в норме, так и в его отклонениях и индивидуальных стилях». [1, с. 33]

Аналогичную позицию занимает и Ю.Д. Апресян: «Понятие «наивной» языковой картины мира представляет отраженные в естественном языке способы восприятия и концептуализации мира, когда основные концепты языка складываются в единую систему взглядов, своего рода коллективную философию, которая навязывается в качестве обязательной всем носителям языка» [2, с. 39].

Однако и существующие вплоть до наших дней некоторые понятия «наивной» картины мира прежде всего интересны тем, что существуют столетиями, иногда тысячелетиями, и являются очевидной, видимой связью между нашим временем и опытом десятков поколений, усилиями которых создавалась современная цивилизация. В течение длительного периода «научная» и «наивная» картины мира дополняют друг друга. Более того, одно и то же слово может находиться в составе как «наивной», так и «научной» (систематизированной) картины мира в зависимости от конкретной языковой задачи человека.

К основным способам создания языковой картины мира можно отнести фразеологизмы, мифологемы, коннотативные слова, образно-метафоричные слова, генуинные и статуальные древнейшие термины ремесёл, охоты и быта, более поздние номенклатуры, в том числе наименования единиц измерения (веса, объема, стоимости, должностей княжеских, судебных, церковных лиц).

Безусловным фактором существенного изменения (усложнения) картины мира в целом и языковой картины в частности послужило начало процесса централизации власти в древней Руси в X – XI вв. Прежде всего, это касалось постепенного перехода от племенных отношений отдельных групп населения, где большую роль играли традиции, обычаи, родственные связи, к публичной форме власти и единообразным законодательством. В свою очередь, подобные изменения парадигмы общественных отношений повлекли и необходимость формирования структуры самого государства, его органов власти, правового регулирования, правового воздействия, формирования правовой доктрины (общеправовой, отдельной отрасли права, отдельного правового института).

К древнейшим формам права относятся прежде всего правовые обычаи и традиции – «Славянская» правовая семья и вместе с ней система понятий и терминов, которые в ней существуют.

В централизованном государстве существенно меняется логическое содержание норм права. Резко усиливаются тенденции «волевого» содержания власти князя, общеобязательность исполнения законов всеми членами общества. Существенно расширяются терминологические группы осуществления «регулятивных» функций, то есть воздействия правящим князем и его чиновниками на ход общественной жизни. В конечном итоге начинает меняться правосознание и правовая культура народа. С современной точки зрения, возникновение государства связано прежде всего с понятиями «объект» и «субъект», а формы их взаимоотношений определяет «сущность государства». Очевидно, что необходимость обязательного выполнения законов для всех потребовала и некоторого стирания различий в дефинициях диалектов славян на большой территории Руси. Таким образом, возникает дополнительное понятие «легальной» дефиниции. Это обязательное условие одинаковой интерпретации текста закона всеми участниками правового процесса. Во всех системах права структура (внутренняя форма) определения состоит из 3-х компонентов: термина, определяемой части и предикативной связки. В древней системе права преобладают «перечневые» дефиниции, так как объем системы понятий еще не очень велик. Однако уже в текстах Русской правды мы видим ключевое определение в начале изложения, что существенно упрощает понимание текста.

Включение в правовую систему понятий из различных сфер жизни общества (социальную, экономическую, уголовно-процессуальную, военную и т.д.),   очевидно, потребовало и организации логических связей между понятиями из различных терминологических групп. Таким образом, возникают отношения иерархии (признак – значение предмета), агрегации (объект – пространство реализации объекта; уровень – единица уровня), функциональные (объект действия – действие – субъект действия, причина – следствие, условие – действие, событие – действие, состояние – действие, данные – действие, данные – величины), семиотические (термин – способ выражения, термин – способ представления).

Существенным фактором формирования языковой картины мира служит и национальная специфика сообщества, о которой пишет А.Н. Леонтьев: «Мир, отраженный сквозь призму механизма вторичных ощущений, запечатленных в метафорах, сравнениях, символах – это главный фактор, который определяет универсальность и специфику в любой конкретной национальной языковой картине мира. При этом важным обстоятельством является разграничение универсального человеческого фактора и национальной специфики в различных языковых картинах мира» [3, 136].

Одним из существенных свойств языковой картины мира является некоторое упорядочивание лексики в целом, образование лексических групп, в частности профессиональных терминологий. Очевидно, что терминология является результатом развития трудовой деятельности человека от древнейших орудий труда, первых обменных процессов к развитию торговли, в том числе и международной. Усложнение жизни древних общин, социальное расслоение в них, войны, переселение на новые территории привело к существенному увеличению объема лексики, появлению новых логических, более сложных понятий. Особенно важную роль в этом играет образование крупных государств (империй). Так возникает понятие централизованной власти, государственных границ, общих для большого количества граждан законов, закреплённых в письменном виде, наименований налогов, должностей чиновников, военачальников, служащих при дворцах и храмах. В этом смысле особенно интересным для исследования авторы считают формирование языковой картины мира древних славян. Этот интерес вызван прежде всего тем, что переселение славянских племён около 500-х годов н.э. на новые территории стало во многом уникальным не только для самих славян, но и для других народов (меньших по численности), которые проживали на этих землях. В этот период славяне как носители более 60-ти профессий (Б.А. Рыбаков), от обработки металлов до земледелия, фактически стали «ядром» осмысленного развития очень большой территории. В схеме 1 автор приводит соотношение государственно-имущественных отношений к периоду X-XI веков.

 

Схема 1. Устройство государственно-имущественных отношений Руси X-XI вв.

 

Диахронический анализ наиболее существенных событий в истории X-XI веков показывает очень высокую частотность действительно важнейших по своему значению изменений в общественной, политической, религиозной, хозяйственной жизни славян, многие из которых играют важную роль и сегодня. К таким событиям прежде всего следует отнести решение св. князя Владимира принять православие в 988-м году. Учитывая аналогичные процессы в соседних странах в сроки сопоставимые в историческом плане – Дания (965 г.), Норвегия (1000 – 1050 гг.), Швеция (859 г.), Польша (966 г.), Венгрия (1015 – 1020 гг.), можно говорить о создании общих по пониманию морали и ценностей от Византии через Русь до Европы и Балкан. Кроме того, в 863-м году был создан славянский алфавит, а в 881-м году переведены на славянский язык Ветхий завет и некоторые другие религиозные книги. Значение крещения Руси имело не только религиозное и политическое значение. Русь стала в глазах соседей не вражеским, а дружественным государством с едиными общечеловеческими ценностями, общими христианскими представлениями.

В этой связи начинают появляться династические браки детей русских князей. Например, Ярослав женился на Ингигерде (Анне) – дочери Шведского короля – в 1019-м году. Его дочь Анна вышла замуж за короля Франции в 1049-м году, вторая дочь Елизавета вышла замуж за короля Норвегии в 1047-м году, третья дочь Анастасия вышла замуж за короля Венгрии в 1047-м году, сын Всеволод женился на дочери императора Константина Мономаха в 1046-м году, сестра Ярослава – Мария вышла замуж за Польского короля Каземира.

Возникновение славянской письменности позволяет нам исследовать уже письменные источники с использованием современных научных методов. Прежде всего это важнейший документ правового и государственного значения Русская правда. Первые её тексты датируются 1016 – 1050 гг. Важность этого документа для лингвистики состоит прежде всего в том, что документ позволяет провести анализ состава лексики высокого стиля того периода как основы для дальнейшего развития. Изучение Русской правды проводилось с различных научных позиций – таких как структурный состав, количественный анализ словарного состава, анализ юридической парадигмы и многих других.

Лексика старославянского языка, в том числе с учетом и древнеболгарских рукописей X – XI вв., изучалась очень подробно институтом славяноведения и балканистики АН. СССР. Одной из значимых работ в этой области стала книга Р.М. Цейтлин «Лексика старославянского языка». Статистические исследования славянских литературных памятников показывают следующие результаты: Суммарно в славянских памятниках используются 9616 слов». Из них собственно славянских 7838. Заимствованные из Греческого и других языков через греческий 1778. Среди заимствованных слов преобладают существительные и прилагательные, при этом очень большое место в количественном отношении занимают имена собственные, различных типов и прилагательные от них образованные. [4, с.22 – 30]

Анализ количества различных частей речи показал, что в составе славянских слов 2879 глаголов, 2674 существительных. Наиболее сложным является изучение семантики, так как подлинные значения некоторых слов реконструировать почти невозможно. И. А. Меркулова полагает, что в русском, украинском, чешском, сербском и хорватском языках сохранилось много (до 50 %) праславянских слов. К ним относятся термины кровного родства, названия месяцев и некоторые другие. [13, с. 148 – 170].

Анализ текстов Русской правды с юридической точки зрения произвёл Н.А. Рожков. Он прежде всего пишет о том, что Русская правда в структурном отношении сопоставима с подобными документами права соседних государств, например, Германским, Баварским и Византийским. Именно Византийское право (кодекс Юстиниана 529 г. в 14-ти томах) [5, с. 77] становится наиболее объемным юридическим документом того времени. Очевидно, что и Русская правда вводит разделение правовых понятий на группы по характеру преступлений или других вопросов, которые требуют вмешательства суда. Кроме того, писаный закон становится общим для всех, закрепляя власть князя, формы собственности, понятие «процесс», то есть суд, где существует порядок рассмотрения дел, кроме того, происходит разграничение уголовных (частных) преступлений и преступлений против государства. Таким образом, складывается новая централизованная система власти, имеющая иерархическую структуру, а вместе с ней и систему понятий, которая также приобретает иерархический характер взамен архаичной родоплеменной системы отношений. Во главе властной пирамиды стоит князь, который владеет всей землей и всем, что на ней существует (лесом, реками, озёрами и т.д.), в том числе лесными зверями, рыбой, минеральными запасами (кроме Новгорода). «Владение водами и рыбными ловлями соединялось с подземными владениями. Князья имели свои ловли и своих ловцов, которые назывались язовниками и осетрьниками, они посылали на рыбный промысел целые ватаги» [6, с. 24].

Ниже в схеме 2 приведена логико-понятийная схема структуры государственно-правовых и имущественных отношений на Руси к X – XI вв. как источника образования терминологии и системных связей между терминами и группами терминов.

 

Схема 2. Логико-понятийная схема образования терминологии государственно-правовых отношений древней Руси. Ист. Автор.

 

Р.М. Цейтлин полагает, что словосложения различной структуры и происхождения известны всем славянским языкам и многие сложные слова являются весьма древними, праславянскими образованиями. Значительное количество композит возникло в результате калькирования слов Германского и особенно Греческого происхождения. При этом Германские заимствования в основном относятся к дописьменному периоду. Юридические понятия и термины имеют более сложную организацию, чем общая лексика, что отражается в усложнении терминологии. Анализ показывает, что каждое 16-е слово в славянских языках являлось двухкорневым сложением. С учётом профессиональных значений, видно, что данный тип мотивированных слов составляет характерную особенность лексики того времени. Из 9616 слов, которые составляют основу письменных источников древних славян – 611 сложных. Среди сложных преобладают слова отвлечённых значений и термины из философской, эстетической, этической и религиозных сфер. Таким образом, можно утверждать, что за короткий период, то есть за жизнь одного поколения с 988-го по 1016-й гг. (от крещения Руси до введения Русской правды), произошёл существенный по объему и значению терминологический взрыв, особенно с учётом того, что лексический состав языка того времени был существенно меньше, чем даже в конце средних веков. И христианская терминология, и введение правовых норм Русской правды явились мощным экстралингвистическим фактором изменения всей общественной языковой и общей картины мира.

Организация судебного процесса в единообразном виде для всех территорий, повлекла за собой и номинацию должностей судебных чиновников: Мечник – член княжеского административного аппарата, Ябетник – следователь, розыскник воров и имущества, Емец – сборщик податей, хранитель ценностей, Отрок – слуга, помощник судебного исполнителя, Детский – младший дружинник в суде, Вирник – судебный исполнитель.

Особенностью юридической терминологии является прежде всего её социальная направленность. Появление Русской правды учёные-историки оценивают как начало формирования феодальной политической системы. Однако новое законодательство учитывало и архаичные общинно-правовые традиции. Юридические термины в жизни общества имеют особое значение, так как формулировки обвинения, сформированные неточно, могли стоить жизни обвиняемому. Г. Радбрух пишет: «С помощью опосредуемых правом (относящихся к праву) понятий формирование правовых понятий опирается на «преднаучные» понятия. Правовая наука создается не на почве бесформенной и аморфной данности, а на почве действительности, уже подготовленной для формирования преднаучными или даже внеправовыми научными понятиями. Правовая наука обладает понятийным аппаратом второго порядка, то есть производными, сформированными на основе понятий других наук». [7, с. 137]

Н.Г. Храмцова полагает, что: «Для существования в понятийной системе права понятия тесно связаны между собой, составляя систему из структурных элементов: понятий (правовой дискурс), понятийных рядов (правовой дискурс – юридический дискурс – судебный дискурс – законодательный дискурс) и понятийных составов (правовой дискурс – правое общение – правовая коммуникация). Все они объединены одной семантикой, состоят в иерархических отношениях, тесно связаны между собой и имеют чёткую функцию. Многие понятия права по составу представляют собой словосочетания» [14, с. 41 – 50].

В результате расширения государственно – правовой терминосистемы некоторые дериваты исходного термина сами образуют новые термины – дериваты второй и последующих степеней.

Различные виды логических отношений начинают образовывать новые связи в смежных областях знаний, образуя термины – дериваты нескольких ступеней деривации. К особенностям многозначного термина с точки зрения лексико – семантической парадигмы можно отнести наличие общего смыслового инварианта во всех лексико – семантических вариантах, наличие смысловых вариантов, состоящих в каждом лексико – семантическом варианте.

Установление в обществе понятия суда, действующего на основании письменного закона, является по сути «процедурной» деятельностью. Для объективного рассмотрения дел необходимо обеспечить классификацию вида преступления и необходимых свидетелей или документов. Таким образом формируется юридический понятийный аппарат и определённая логика изложения сути процесса, в том числе на основе оценочных понятий.

Перечень 1. Основные юридические термины Русской правды.

Источник Исаев М.А. [8, с. 170 – 203]

 

Анализ древних терминов, приведенных в перечне, показывает, что генуинные (ядерные) понятия в правовой области, очевидно, уже были сформированы в родоплеменной период. Некоторые авторы полагают, что, собственно, родоплеменной период был очень продолжительным во времени и на раннем этапе представлял собой кровно-родовые отношения в рамках одной семьи. Эта семья могла быть довольно большой за счет того, что в ее основе было совместное проживание нескольких поколений. В подобной ситуации, даже в случае неправильного поведения кого-либо из своих сородичей, привлечение к разбирательству посторонних людей было нежелательным.

Однако укрупнение общин по военно-политическим причинам вынуждает вводить в оборот понятия межплеменных конфликтов, таких как кровная месть, коллективная ответственность общины за своего члена или за невыдачу преступника. Это подразумевает некоторые зачатки образования процесса (разбирательства), где требуются доказательства, а иногда и очные ставки, термины – признаки, уточняющие обвинение.

Некоторые термины древнейшего происхождения дошли до нас почти в неизменном виде (суд, показание, орудие, объект, истец, запись, вина), некоторые совсем вышли из употребления, некоторые термины используются и сегодня в общеупотребительной лексике (повестка, поклеп, судить – рядить, подметное письмо, сотворять пакость, сделать подставу).

Наиболее тяжким преступлением становится «перевет», то есть преступление государственного масштаба. В первую очередь это переход на сторону врага как лично, так и с частью войска, или сдача города врагу. В самом древнем понятии «перевет» мы видим новый смысл – не просто продолжение препятствия, а осмысленное действие измены и движение в сторону противника в ущерб своему государству. Формирование системы права во многом становится целенаправленным, логически связанным с понятием «государство», «государственная граница», «государственные налоги», «государственные обязанности», «государственные чиновники» и т.д.

М.Н. Володина пишет: «На заре развития науки и техники общее состояние научного познания было таково, что главным фактором, определяющим терминотворчество, являлось не соответствие понятия и слова, а некоторые аналогии. Когда новое явление обнаруживает нечто общее с тем, что известно из прошлого опыта, выделение этого общего осуществляется посредством языка: новые понятия формируются на базе слов, имеющихся в конкретном языке. Обогащение значения о мире удобно естественно фиксировать с помощью уже известных образов, закреплённых в лексических значениях слов. Поэтому чаще всего в качестве терминов выступали общеупотребительные слова, подвергшиеся ассоциативному переосмыслению. Семантические переносы имеют сходство терминоционных ассоциаций в разных языках обусловленные общечеловеческим характером мышления». [15, с. 26]

В.Н. Телия говорит о вторичной номинации: «Целенаправленное, «системное» терминообразование представляет собой процесс вторичной номинации, которая «в своем гносеологическом исходе задается на свойстве понятий переходить друг в друга и формироваться на основе прежде познанного, отображая все новые признаки основанной человеком действительности». [9].

Из приведённых выше примеров терминологии Русской правды ясно видно, что действительно все терминологические группы состоят из уже известных в языке слов. Однако правовая модель, созданная, очевидно, в некотором соответствии с Византийским (Римским) правом, потребовала их группировки, некоторого переосмысления с целью уточнения логико-понятийных связей. Однако, смысл многих терминов ещё является архаичным, соотнесённым с каким-либо реальным действием или событием. Кроме того, церковные термины, имеющие в основе греко-латинские морфемы, способствовали и некоторой интернационализации религиозной лексики. В общеупотребительную лексику раннего христианского периода начинают входить имена и сюжеты Библии – в основном в народном пересказе в краткой устной форме. П.А. Флоренский говорит об этом: «Любое слово «понимаемое узко» необходимо рассматривать как слившиеся в комок предложения или даже целую речь». [10, с. 359 – 400]

Существует мнение специалистов-психологов, что такое длительное существование в языке архаичных наименований является фактически вербализованным сознанием, основанным на бессознательных свойствах психики. Можно говорить о том, что и христианские праздники, которые стали официальными с момента принятия христианства, также получили альтернативные названия в славянской традиции соответствия трудовым или природным процессам. Таким образом, образовались «бытовые святцы». Например, 27 апреля (Два святых Стефана) – Степан ранопашец, 6 августа (Преображение Господне) – Яблочный спас, 16 августа (Икона Спасителя) – Хлебный спас, 1 ноября (Кузьма – Демьян) – встреча зимы.

Многие праздники переосмысливались в связи со сменой времен года и погоды. «Обретенье» – 24 февраля – приход весны, «Василий капельник» – 28 февраля – таянье снега и т.д. Уже к XVII веку стало необходимо издавать «народные месячесловы» с подробным разъяснением значения и роли праздников и святых, которых было более 400. Многие языческие праздники дошли до наших дней. (Масленица, Русальная неделя, Иван Купала). [11, с. 10]

В этой связи можно говорить о образовании этих «народных» наименований на основе ассоциаций: подобия, обобщения, целого и части, визуальными, слуховыми, обонятельными. 

С точки зрения современного языкознания, «научная» терминологическая основа именно в качестве специально организованной системы начала складываться на Руси с X в. В качестве важнейших факторов экстралингвистического характера следует считать принятие крещения и введение норм Русской правды. С политической точки зрения происходит переход от общинного образа социальных отношений к раннефеодальному обществу. Кроме того, процессы, связанные с распространением христианства, появлением законодательства Русской правды в письменном виде, стали мощным фактором дополнительного осмысления, уточнения, структурирования большой группы понятий в общую правовую терминологическую систему. Однако для ее полноценного функционирования образованы и логико-понятийные связи с терминологией денежного обращения (штрафы, налоги, другие выплаты), а также терминологией имущественных отношений (домохозяйство, земельные отношения, межевание земель, наследство, опекунство, установление границ и таможенных сборов). В тексте Русской правды очевидно виден продуманный юридический процесс судопроизводства. Очень четко определены понятия истца, ответчика, свидетелей, защитников, видов показаний, системы наказания виновных, т.е. образована система понятий.

В более поздних списках Русской правды появляются термины и определения судебных чиновников (дьяки) и судебных исполнителей, судебных грамот о результатах суда, а также классификация преступлений по их типам. То есть происходит окончательное разделение преступлений на уголовные (против личности и имущества) и преступления против государства. В этой связи можно утверждать о начале формирования общегосударственной государственно-правовой терминологической системы.

По отношению к процессу создания из исторической общинной традиции именно централизованного государства, Русская правда обладает рядом важных новых свойств:

- связанность, т.е. упорядоченность элементов текста;

- целостность, т.е. наличие качественно новых смыслов;

- синтактическая однотипность, т.е. унификация структуры предложений;

- структурность, т.е. стабильность основных составных частей;

– функциональность, т.е. направленность документов на выполнение определенной задачи (создание общих правовых норм).

Аналогичные процессы происходили в сопоставимые сроки и в соседних странах: «Саксонское зерцало» – 1220 г., Швабское зерцало, законы Магдебурга, Франкфурта, Любека, Судебник Каземира 1468 г.

ВЫВОДЫ

Именно письменная форма права усиливает терминологичность языкового знака. В тексте законов разнородные по своему происхождению единицы приобретают общее свойство – быть частью системы понятий этих текстов. Русская правда, как известный нам древнейший правовой документ пока еще в основном состоит из тематических групп, а формирование лексико – семантических групп происходит позже.

В этой связи можно утверждать о начале формирования общегосударственной государственно – правой терминологической системы, а также стилистики официально – деловых текстов.

В законодательном порядке закреплялось имущество и доходы церкви и монастырей, церковных судов. Е.Г. Панов приводит пример: «Торговый веся весы, мерила, скалвы, вощанья, и пуд медовый, и гривенка рублеваа, и веякая известь, иже на торгу промежи людьми от бога, тако исконе установлено есть, епископу блюсти без пакости, ни умаливати, ни умножати, а на всякий год извещивати». [12]

Это подтверждает обязанность церкви соблюдать сохранность мер и весов для точности измерений количества и качества товаров для предотвращения преступлений в торговле. Безусловно, преступления в сфере торговых отношений невозможно рассматривать в суде без четкой аргументации сути преступления. В этом многие доказательства могут строиться главным образом на сопоставлении качества и количества товаров с эталонным образцом мер и весов. Эта необходимость также связывает юридическую с торговой, налоговой терминологией, элементами арифметики (счета, учетными операциями). С.П. Хижняк пишет: «В связи с наличием полилексемных номинаций в тексте древнего законодательства можно говорить, что уже в Русской правде наблюдается формирование иерархических (родовидовых) отношений терминов, которые обуславливают их системность, а также системность выраженных ими понятий. Системность терминов в древнерусский период основывается на лексико – тематических связях различных частей речи (глаголов и существительных, а также глагольных словосочетаний). В пространной редакции Русской Правды (по Троицкому списку) представлено небольшое количество перечневых дефиниций». [16]

Одной из характерных особенностей терминов Русской Правды является большое количество глагольных лексем. В современной терминологии права юридические классификации сформированы категориями номинативных единиц. В тексте Русской Правды мы видим большое количество номенклатур, которые обозначают числовые значения (суммы штрафов), и наименования конкретных предметов, включенных в сферу правовой системы. Перечни, существующие в Русской Правде, также присутствуют и в современном праве, например, перечни доказательств фактов, документов, экспертных документов. Изучение древней терминологии в соотношении ее источников с процессами становления государственно-правовых и имущественных отношений позволяет ясно увидеть, каким образом терминология и взаимосвязи терминологических систем позволяют реально создать в обществе действующую основу регулирования отношений между людьми, а также отношений между людьми и государством. Кроме того, время и последующие события показали, что созданная в X – XI вв. система отношений постоянно расширялась, включая новые термины, отношения между ними, что вполне подтверждает способность крупных терминосистем к универсализации и способности расширяться, усложняться без потери логико-понятийной структуры. 

Терминосистема государственно – правового регулирования в своей основе имеет юридическую логику построения. Ее основной задачей является регулирование отношений в обществе. В свою очередь юридическая лексика намеренно усложнена большим количеством легальных дефиниций и дополнительных семантических и синтаксических связей, в качестве уточняющих и поясняющих конструкций. Анализ древнейших источников права в древней Руси является исключительно важным в понимании подлинных причин и источников генезиса крупнейшей терминологической системы от ее начала в древней Руси до наших дней в течение исторического периода более 1000 лет.  

 

Список литературы:

  1. Колшанский Г.В.  «Объективная картина мира в познании и языке», М.изд.Наука. 1990 г., (103 с.), (стр.33);
  2. Апресян Ю.Д. «Интегральное описание языка и системная лексикография». Языки русской культуры. Избранные труды. М.изд.Высшая школа. 1995 г. Т.2. (стр.756), стр.39;
  3. Леонтьев А.Н.  «Лекции по общей психологии», М.изд. Смысл. 2001 г., (с.511), стр.136;
  4. Цейтлин Р.М.  «Лексика старославянского языка», М.изд.Наука. 1977 г., (стр.336), стр.22 – 30;
  5. Рожков Н.А.  «Очерки юридического быта по Русской правде». М.Ленанд. 2015 г., (с.122), стр.77;
  6. Аристов Н.Я.  «Промышленность древней Руси». М.изд.Либроком. 2021 г., (с.334), стр.24;
  7. Радбрух Г.  «Философия права». М.изд.Международные отношения. 2004 г., (с.238), стр.137;
  8. Исаев М.А.  «Толковый словарь древнерусских юридических терминов». М.изд.статут. 2017 г., (стр.206), стр.170 – 203;
  9. Телия В.Н.  «Вторичная номинация и ее виды». М.изд.Наука. 1977 г., с.168;
  10. Флоренский П.А.  «Термин. История отечественного терминоведения». М.изд.Мысль. 1994 г., стр.359 – 400;
  11. Чичеров В.И.  «Зимний период русского народного календаря XVI – XIX вв.». М.Наука АН.СССР. 1957 г., (с.237), стр.10;
  12. Панов Е.Г.  «История налогов: Древняя Русь». М.изд.Ленанд. 2019 г., (с.200), стр.133;
  13. Меркулова И.А.  «Проблема сопоставительного изучения лексики славянских языков». Воронеж. Вестник ВГУ. Серия: Лингвистика и международная коммуникация». 2014 г. №1, стр.148 – 170;
  14. Хромова Н.Г.  «Терминологическая система правой науки и факторы образования понятия «правовой дискурс». Вопросы российского и международного права». 2018 г. том 8 №12А, стр.41 – 50;
  15. Володин М.Н.  «О стихийном и системном характере терминологической номинации». Stephanos#6(26) http://astephanos.ru (Дата обращения 31.05.21)
  16. Хижняк С.П.  «Терминологичность языковых знаков в праве: от русской правды до современности». Саратов Вестник ПНИПУ. Проблемы языкознания и педагогики №1. 2020 г., стр.25 – 33.
Информация об авторах

канд. филол. наук, кафедра иностранных языков, Московский международный университет, РФ, г. Москва

Phd. departament of foreign languages Moscow international university, Russia, Moscow

Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Лебедева Надежда Анатольевна.
Top