MECHANISM FOR EXCLUSION OF INADMISSIBLE EVIDENCE IN CRIMINAL PROCEEDINGS IN VIETNAM IN THE CONTEXT OF ENSURING HUMAN RIGHTS

This article is available in Russian only.
Le Tien
Цитировать:
Ле Т. МЕХАНИЗМ ИСКЛЮЧЕНИЯ НЕДОПУСТИМЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ ВЬЕТНАМА В КОНТЕКСТЕ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА // Universum: экономика и юриспруденция : электрон. научн. журн. 2026. 6(140). URL: https://7universum.com/en/economy/archive/item/22851 (дата обращения: 19.06.2026).
Прочитать статью:
Статья поступила в редакцию: 19.05.2026
Принята к публикации: 23.05.2026
Опубликована: 01.06.2026

 

УДК 343.13:343.1:342.56(597)

Аннотация

В статье рассматривается механизм исключения недопустимых доказательств в уголовном судопроизводстве Вьетнама как гарантия обеспечения прав человека и справедливого судебного разбирательства. Актуальность исследования обусловлена тем, что доказательства, полученные с нарушением закона, способны привести к необоснованному обвинению, нарушению права на защиту, неприкосновенности личности, жилища, частной жизни и тайны коммуникаций. Анализируются положения Конституции Вьетнама 2013 г., Уголовно-процессуального кодекса 2015 г. и международных стандартов, закрепленных в Международном пакте о гражданских и политических правах. Делается вывод, что эффективное исключение незаконно полученных доказательств должно рассматриваться не как техническая процессуальная мера, а как важный инструмент предупреждения произвола, повышения качества расследования и укрепления доверия к правосудию.

Abstract

The article examines the mechanism for excluding inadmissible evidence in Vietnamese criminal proceedings as a guarantee of human rights and a fair trial. The article analyzes the provisions of the 2013 Constitution of Vietnam, the 2015 Criminal Procedure Code, and international standards enshrined in the International Covenant on Civil and Political Rights. Special attention is paid to the uncertainty of criteria for inadmissibility of evidence, the lack of a special procedure for exclusion, the distribution of the burden of proof, and the legal assessment of derivative and electronic evidence. The article proposes ways to improve legislation and law enforcement practice, including clarification of substantial procedural violations, strengthening judicial control, developing digital forensics, and expanding audio and video recording of procedural actions.

 

Ключевые слова: недопустимые доказательства; исключение доказательств; права человека; справедливое судебное разбирательство.

Keywords: inadmissible evidence; exclusion of evidence; human rights; fair trial.

 

1. Введение

Проблема допустимости доказательств занимает центральное место в современном уголовном судопроизводстве, поскольку именно доказательства образуют основу установления фактических обстоятельств уголовного дела, привлечения лица к уголовной ответственности и вынесения судебного решения. Вместе с тем доказательство не может рассматриваться только как источник информации. В правовом государстве оно должно быть получено, проверено и использовано в порядке, установленном законом, с соблюдением прав человека и процессуальных гарантий.

Под исключением доказательств, полученных с нарушением закона, в уголовном судопроизводстве следует понимать отказ органов, ведущих уголовный процесс, признавать и использовать в качестве доказательственной основы по делу сведения, документы, предметы, электронные данные и иные материалы, которые, несмотря на возможную связь с обстоятельствами уголовного дела, были получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона либо посредством посягательства на права человека и права гражданина.

2. Материалы и методы

Материалами исследования выступают Конституция Социалистической Республики Вьетнам 2013 г., Уголовно-процессуальный кодекс Вьетнама 2015 г., Уголовный кодекс Вьетнама 2015 г., Закон «Об организации следственных органов по уголовным делам» 2015 г., Закон «О кибербезопасности» 2018 г., а также международные акты в области прав человека, прежде всего Международный пакт о гражданских и политических правах.

Особое значение имеют положения Международного пакта о гражданских и политических правах, закрепляющие право на справедливое судебное разбирательство, право не быть принуждаемым к признанию вины, защиту от произвольного задержания и защиту от незаконного вмешательства в частную жизнь, жилище и корреспонденцию. Статья 14 Пакта относится к праву на справедливое судебное разбирательство, а статья 17 - к защите частной жизни и корреспонденции.

Методологическую основу исследования составляют общенаучные и специальные методы познания. Формально-юридический метод использовался для анализа нормативных положений, регулирующих собирание, проверку, оценку и использование доказательств. Системный метод позволил рассмотреть исключение недопустимых доказательств как элемент более широкой системы гарантий прав человека в уголовном процессе. Сравнительно-правовой метод применялся при сопоставлении вьетнамского регулирования с международными стандартами справедливого судебного разбирательства. Логико-правовой метод использовался при формулировании предложений по совершенствованию законодательства и правоприменительной практики.

3. Результаты и обсуждение

Механизм исключения недопустимых доказательств имеет двойственную правовую природу. С одной стороны, он служит средством обеспечения достоверности доказательственной базы, поскольку доказательства, полученные незаконным путем, могут быть искажены, неполны или недостоверны. С другой стороны, он является гарантией прав человека, поскольку препятствует использованию государством результатов незаконного принуждения, произвольного вмешательства в частную жизнь, незаконного обыска, неправомерного изъятия информации или нарушения права на защиту.

Законность способа получения доказательственной информации является обязательным признаком доказательства наряду с относимостью и достоверностью. Если сведения имеют связь с обстоятельствами уголовного дела, но получены с нарушением компетенции, оснований, пределов или процедуры, они не должны приобретать юридическую силу доказательства. Иной подход фактически означал бы признание допустимости незаконных методов расследования и ослаблял бы превентивную функцию уголовно-процессуального закона. Несмотря на то что Уголовно-процессуальный кодекс Вьетнама 2015 г. закрепил принцип исключения доказательств, полученных с нарушением закона, практика его применения характеризуется рядом проблем.

Во-первых, критерии отнесения доказательств к числу полученных с нарушением закона не обладают достаточной степенью определенности. Законодательство устанавливает, что доказательства должны быть собраны в порядке и по процедуре, предусмотренным законом, однако не всегда проводит четкое разграничение между существенными и несущественными процессуальными нарушениями.

Существенными следует признавать нарушения, которые посягают на права человека и искажают саму природу доказательства: принуждение к даче показаний, применение пыток или иных незаконных методов воздействия, проведение обыска без законных оснований, изъятие предметов и документов за пределами установленной компетенции, получение электронных данных без соблюдения процессуальных гарантий. Нарушения преимущественно формального характера, например отдельные технические ошибки в протоколе, могут оцениваться иначе, если они не влияют на достоверность и целостность доказательства. Однако такая дифференциация должна быть ясно закреплена в законе.

Во-вторых, в уголовном судопроизводстве Вьетнама отсутствует самостоятельная и достаточно четко регламентированная процедура заявления ходатайства об исключении доказательств, полученных с нарушением закона. Как правило, данный вопрос рассматривается в рамках общей оценки доказательств, а не посредством специальной процедуры, позволяющей обвиняемому или его защитнику инициировать проверку законности получения конкретного доказательства.

В результате право на возражение против использования недопустимых доказательств не получает полной процессуальной гарантированности. Особенно остро данная проблема проявляется в случаях, когда сторона защиты не располагает реальной возможностью ознакомиться со всеми материалами, относящимися к процессу собирания доказательств, включая протоколы, технические носители, аудио- и видеозаписи, сведения о цепочке хранения доказательств.

В-третьих, недостаточно четко определено распределение бремени доказывания законности получения доказательств. В принципиальном плане именно сторона обвинения, использующая доказательства для обоснования уголовной ответственности, должна подтверждать, что соответствующие доказательства были получены законным путем. Однако на практике, когда защитник указывает на признаки незаконности доказательства, именно на него фактически может возлагаться обязанность представить доводы и материалы, опровергающие допустимость такого доказательства.

Отсутствие ясного нормативного решения по данному вопросу способно ослабить превентивный эффект механизма исключения недопустимых доказательств. Если доказательство, полученное незаконно, исключается, но все производные от него материалы продолжают использоваться без ограничений, то незаконное действие фактически сохраняет процессуальную пользу для стороны обвинения.

В-пятых, исключение доказательств в цифровой среде сопряжено с новыми вызовами. Электронные данные могут быть получены из мобильных телефонов, компьютеров, камер видеонаблюдения, серверов, социальных сетей, электронной почты, электронных кошельков или облачных платформ. Юридически значимым является не только вопрос о фактическом существовании таких данных, но и вопрос о способе их извлечения, субъекте извлечения, технических средствах, протоколировании, сохранении целостности и соблюдении пределов собирания информации.

Для повышения эффективности механизма исключения недопустимых доказательств необходимо совершенствовать как законодательство, так и правоприменительную практику.

Во-первых, следует конкретизировать критерии признания доказательств полученными с нарушением закона. Законодательство должно проводить разграничение между существенными и несущественными нарушениями, допущенными при собирании доказательств. Существенные нарушения, посягающие на права человека и влияющие на добровольность, достоверность либо целостность доказательственной информации, должны влечь обязательное исключение соответствующих доказательств.

Во-вторых, необходимо закрепить специальную процедуру заявления и рассмотрения ходатайства об исключении доказательств. Обвиняемый, его защитник, потерпевший, а также иные лица, чьи права и законные интересы затрагиваются производством по уголовному делу, должны обладать правом обращения в суд либо иной компетентный орган с требованием о проверке законности получения конкретного доказательства.

В-третьих, следует четко определить, что бремя доказывания законности получения доказательств возлагается на сторону обвинения. Если защитник приводит разумные основания полагать, что доказательство имеет признаки незаконности, именно сторона обвинения должна подтвердить соблюдение требований о компетенции, основаниях, порядке и процедуре собирания доказательств.

В-четвертых, необходимо нормативно определить правовые последствия использования производных доказательств. В качестве общего правила следует исходить из того, что если производное доказательство находится в прямой причинно-следственной связи с первоначальным незаконно полученным доказательством, оно также подлежит исключению. Вместе с тем могут быть предусмотрены исключения для случаев, когда сторона обвинения докажет наличие независимого источника, неизбежность обнаружения доказательства либо разрыв причинной связи между первоначальным нарушением и получением производного доказательства.

В-пятых, требуется дальнейшее совершенствование правового регулирования электронных доказательств и персональных данных в уголовном судопроизводстве. Закон должен детально устанавливать компетенцию, основания, пределы и процедуру получения электронных данных, принцип минимизации данных, гарантии защиты информации, не относящейся к обстоятельствам уголовного дела, а также порядок извлечения, копирования, опечатывания, хранения и проверки целостности данных.

В-шестых, необходимо расширить применение аудио- и видеозаписи процессуальных действий, сопряженных с повышенным риском нарушения прав человека. К таким действиям относятся допрос обвиняемого, очная ставка, предъявление для опознания, обыск, выемка, а также извлечение электронных данных. Аудио- и видеозапись служит не только средством защиты обвиняемого от незаконного принуждения, но и гарантией защиты должностных лиц от необоснованных обвинений

4. Заключение

Механизм исключения недопустимых доказательств является важнейшей гарантией обеспечения прав человека в уголовном судопроизводстве Вьетнама. Его значение выходит за пределы технической оценки доказательств, поскольку он связан с фундаментальными принципами справедливого судебного разбирательства, законности, презумпции невиновности, права на защиту и недопустимости произвольного вмешательства в сферу личной свободы и частной жизни.

Вьетнамское уголовно-процессуальное законодательство уже содержит основополагающее правило о том, что фактические данные, собранные не в установленном законом порядке, не имеют юридической силы и не могут использоваться для разрешения уголовного дела. Вместе с тем для эффективной реализации данного положения необходимы более четкие критерии недопустимости доказательств, специальная процедура их исключения, ясное распределение бремени доказывания, регулирование производных доказательств и детальная регламентация работы с электронными данными.

Совершенствование механизма исключения недопустимых доказательств будет способствовать не только защите прав обвиняемого и иных участников процесса, но и повышению качества расследования, укреплению судебного контроля, снижению риска судебных ошибок и росту доверия общества к уголовному правосудию.

 

Список литературы:

  1. Конституция Социалистической Республики Вьетнам 2013 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс № 101/2015/QH13 от 27 ноября 2015 г.
  3. Уголовный кодекс № 100/2015/QH13 от 27 ноября 2015 г.: с изменениями и дополнениями, внесенными Законом № 12/2017/QH14.
  4. Закон «Об организации следственных органов по уголовным делам» № 99/2015/QH13 от 26 ноября 2015 г.
  5. Закон «О кибербезопасности» № 24/2018/QH14 от 12 июня 2018 г.
  6. Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.
  7. Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г.
  8. Резолюция № 27-NQ/TW от 9 ноября 2022 г. «О продолжении строительства и совершенствования социалистического правового государства Вьетнам в новый период».
  9. Верховный народный суд Вьетнама. Практика применения уголовно-процессуального законодательства в судебной деятельности.
  10.  Верховная народная прокуратура Вьетнама. Материалы о прокурорском надзоре за законностью собирания, проверки и использования доказательств в уголовном процессе.

References:

  1. Constitution of the Socialist Republic of Vietnam 2013]. (In Russ.)
  2.  Criminal Procedure Code No. 101/2015/QH13 of November 27, 2015 (In Russ.)
  3. Criminal Code No. 100/2015/QH13 of November 27, 2015: as amended by Law No. 12/2017/QH14]. (In Russ.)
  4. Law on Organization of Criminal Investigation Bodies No. 99/2015/QH13 of November 26, 2015]. (In Russ.)
  5.  [Cybersecurity Law No. 24/2018/QH14 of June 12, 2018]. (In Russ.)
  6. International Covenant on Civil and Political Rights of December 16, 1966]. (In Russ.)
  7. Universal Declaration of Human Rights of December 10, 1948]. (In Russ.)
  8. Resolution No. 27-NQ/TW of November 9, 2022 “On Continuing the Construction and Improvement of the Socialist Rule-of-Law State of Vietnam in the New Period”]. (In Russ.)
  9. Practice of Applying Criminal Procedure Legislation in Judicial Activities]. (In Russ.)
  10. Materials on Prosecutorial Supervision over the Legality of Collecting, Verifying, and Using Evidence in Criminal Proceedings]. (In Russ.)
Информация об авторах

Lecturer

at the Faculty of Law, People’s Security Academy,

Vietnam, Hanoi

ISSN 2311-4282. Article metadata is hosted on the eLIBRARY.RU platform.
Mass media registration cert.: EL No. FS77-54432 dated 17.06.2013
Journal founder: LLC «MCNO»
Editor-in-Chief - Marina M. Gaifullina.
Top