Международный
научный журнал

Сравнение как паралогический приём в творчестве А.П. Платонова


Comparison as a paralogical stylistic device in A.P. Platonov’s works

Цитировать:
Садовников С.А. Сравнение как паралогический приём в творчестве А.П. Платонова // Universum: Филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2018. № 4(50). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/5759 (дата обращения: 02.06.2020).
 
Прочитать статью:


АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается сравнение как паралогический приём на материале творчества А.П. Платонова. Выбор данного автора обусловлен своеобразием его художественного восприятия мира, что отразилось в индивидуально-авторской речи. Показано, что сравнение в творчестве А.П. Платонова играет важную роль в конструировании художественного образа, а также является индикатором авторского понимания мира.

ABSTRACT

Comparison as a paralogical stylistic device is under analysis in the article. The choice of Platonov`s works is determined by peculiarities of his artistic life perception. It is shown that comparison in A.P. Platonov’s works plays a key part in construction of artistic image. It is also important that comparison is an indicator of writer’s view of life.

 

Ключевые слова: А.П. Платонов, сравнение, паралогический прием, художественный образ.

Keywords: A.P. Platonov, comparison, paralogical stylistic device, artistic image.

 

Среди паралогических языковых средств исследователи не указывают сравнение. В логике под сравнением понимают логический приём познания внешнего мира и духовных ценностей, заключающийся в установлении сходств и различий объектов и явлений действительности [2, с. 567]. Сравнение в методологии науки рассматривают наряду с такими познавательными операциями, как наблюдение и эксперимент [3, с. 259]. Лингвисты, чтобы разграничить данную трактовку от стилистической, вводят термины логическое сравнение и образное сравнение.

Сравнение как средство художественной образности (образное сравнение) утрачивает свойства логического сравнения необходимые для научного дискурса: компоненты должны быть сравнимы, то есть иметь ближайшее общее родовое понятие. Понятия шкаф и любовь являются несравнимыми: шкаф – конкретное понятие (род – мебель), любовь – абстрактное (род – чувство).

Как троп сравнение состоит из понятий несовместимых, стоящих далеко друг от друга в семантическом отношении (в разных семантических группах): «Сарториус заметил это и улыбнулся ей своим неточным широким лицом, похожим на сельскую местность» [5, с. 41]. Сравнение «лицо – сельская местность» не имеет логического основания, поскольку понятия лицо и сельская местность не обладают достаточным набором общих признаков, поэтому с точки зрения логики не могут сравниваться. Сочетание разнородных понятий в рамках сравнения ведёт к абсурдности высказывания, которая и в логике, и в лингвистике считается последствием алогизма: В.П. Москвин говорит об абсурде как о «крайнем алогизме речи» [4, с. 22], логик В.И. Бартон под абсурдом понимает «описательное имя, в котором определительный функтор выражает признак, не только не свойственный предмету, обозначенному главным словом, но и в принципе не присущий ему в силу того, что противоречит природе предмета» [1, с. 307]. Описательное имя сельская местность с функтором (функтором в логике называют знак / средство, «с помощью которого одни языковые конструкции образуются или преобразуются в другие» [1, с. 33]) похожим на онтологически противоречит сравниваемому понятию. Конечно, в данном случае мы должны говорить о приёме со своей коммуникативной задачей, поскольку имеем дело с художественным текстом. Данное сравнение дает более детальную характеристику герою, показывает его принадлежность к людям, связанных с землей: «мать крестьянка выносила его в своих внутренностях рядом с теплым пережеванным ржаным хлебом» [5, с. 41].

Как мы видим, в текстах А. Платонова приём сравнения весьма специфичен. В отличие от таких хрестоматийных примеров, где основание сравнения отчётливо считывается: вода, как стекло (параметр прозрачности, чистоты), черный, как уголь (цветовой параметр), мой дом моя крепость (параметр – надёжность, безопасность) – в сравнении у А. Платонова общий признак объекта сравнения и эталона сравнения не так отчётлив: «Эта изба походила на старушку, оставшуюся одинокой в мире после похорон всех своих поколений…» [7, с. 444], «…поздняя жара солнца, как бред, стояла в природе»[7, с. 465], «постоял лицом к земле, как ко всякому производству» [6, с. 430]. Во всех примерах сравниваются несочетаемые понятия: изба – старушка, жара – бред, лицо – сельская местность, земля – производство. Сравниваемые понятия находятся в разных семантических группах: старушка – наименование человека по возрасту, изба – вид жилья; жара – состояние природы, бред – состояние человека и т.д.

Для писателя все явления окружающего мира сравнимы и имеют тесную связь. Так, свойства живого и неживого в текстах А. Платонова способны к корреляции: «Все спящие были худы, как умершие…» [6, с. 420], «В Чиклине тогда многие нуждались как в укрытии…» [6, с. 424], «Гражданская война лежала там осколками народного достояния – мёртвыми лошадьми, повозками, зипунами бандитов и подушками» [6, с. 113], «Ночь ушла, как блестящая кавалерия» [6, с. 151]. Неодушевлённым объектам приписываются состояния живых существ: «солнце, как слепота, находилось равнодушно над низовою бедностью земли» [6, с. 444].

Сравнения у А. Платонова функционируют как экспликаторы авторского видения мира, моделируют художественную реальность произведений.

Приём сравнения в художественных произведениях Платонова характеризуется новизной (а вместе с тем гротескностью) подбираемых автором сравниваемых понятий: «…сказал человек из себя как из мусора» [6, с. 464]. Чем больше семантическая дистанция сравниваемых понятий, тем более алогичным кажется само сравнение.

Часто фигуры алогизма у А. Платонова семантически строятся на неразличении, смешении абстрактного и конкретного, одушевлённого и неодушевленного. Сравнение является наиболее частотным приёмом, в котором реализуются семантически несогласующиеся понятия: «Синий воздух над Чевенгуром стоял высокой тоскою…» [6, с. 207], «Начинался тихий вечер, он походил на душевное сомнение Чепурного, на предчувствие, которое не способно истощиться мыслью и упокоиться» [6, с. 213], «…свет солнца, как мысль и улыбка, наполнил всю местность» [6, c. 50]. Во всех трех примерах в качестве сравниваемого компонента фигурируют понятия, обозначающие явления окружающей среды (воздух, вечер, свет солнца), сравнивающим компонентом являются понятия со значением чувства, мысли и мимических движений человека (душевное сомнение, предчувствие, мысль и улыбка).

Ещё одну семантическую группу у А. Платонова представляют сравнения, где неодушевлённые понятия сравниваются с одушевлёнными понятиями со значением лица: «…низко над деревьями проходят истощённые мятые тучи, похожие на сельских женщин после родов» [6, с. 239], «Ночь ушла, как блестящая кавалерия» [6, с. 151]. В первых двух примерах сравнивающие понятия уточняются писателем: изба походила не на любую старушку, а на ту, которая осталась одинокой в мире после похорон всех своих поколений; мятые тучи похожи не просто на женщин, а именно на сельских женщин после родов. Точность и стилистическая сила художественного образа, создаваемого данными сравнениями, во многом обусловлены алогичным характером приёма: семантической несравнимостью компонентов.

Важнейшей функцией образного сравнения является художественное описание предмета или явления, поэтому нельзя обойти вниманием данный приём, говоря о конструировании художественного образа. В текстах Платонова сравнение активно участвует в создании образа, эмфатизируя его художественное значение. Сравнение как когнитивная операция показывает авторское понимание сравниваемых явлений действительности, которые в образной системе произведений А. Платонова соотносимы с человеческими характеристиками.

 

Список литературы:
1. Бартон В.И. Логика: Учеб. пособие. – Мн.: Новое знание, 2001. – 336 с.
2. Кондаков Н.И. Логический словарь-справочник. – 2-е изд.. – М.: Наука, 1975. – 720 с.
3. Кохановский В.П. Философия и методология науки: Учебник для высших учебных заведений. – Ростов н/Д.: «Феникс», 1999. – 576 с.
4. Москвин В.П. Выразительные средства современной русской речи: Тропы и фигуры. Терми­нологический словарь-справочник. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 248 с.
5. Платонов А.П. Счастливая Москва: Роман, повесть, рассказы / Сост., подготовка текста, комментарии
Н.В. Корниенко. – М.: Время, 2011. – 2-е изд., стереотип. – 624 с.
6. Платонов А.П. Чевенгур: Роман; Котлован: Повесть / Под ред. Н.М. Малыгиной. – М.: Время, 2009. – 608 с.
7. Платонов А.П. Эфирный тракт: Повести 1920-х – начала 1930-х годов / Под ред. Н.М. Малыгиной. – М.: Время, 2009. – 560 с.

 

Информация об авторах:

Садовников Сергей Аркадьевич Sergey Sadovnikov

канд. филол. наук, преподаватель кафедры иностранного языка и культуры речи, Нижегородской академии Министерства внутренних дел Российской Федерации, 603950, РФ, г. Нижний Новгород, Анкудиновское шоссе, 3

Candidat of Philology, lecturer in Nizhniy Novgorod Academy of the Ministry of the Interior of the Russian Federation, 603950, Russia, Nizhniy Novgorod, Ankudinovskiy road, 3

 


Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Лебедева Надежда Анатольевна

Информация о журнале

Выходит с 2013 года

ISSN: 2311-2859

Св-во о регистрации СМИ: 

ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013

Скачать информационное письмо

Размещается в:

doi:

elibrary

cyberleninka

google scholar

Ulrich's Periodicals Directory

socionet

Base

ROAR

OpenAire