Международный
научный журнал

Функционально-семантическое поле лимитативности в латинском языке


Functional-semantic field of limitativity in latin

Цитировать:
Чернюх Б.В. Функционально-семантическое поле лимитативности в латинском языке // Universum: Филология и искусствоведение : электрон. научн. журн. 2017. № 4(38). URL: http://7universum.com/ru/philology/archive/item/4661 (дата обращения: 26.02.2020).
 
Прочитать статью:

Keywords: functional-semantic field,limitativity, verbal aspect, Latin language

АННОТАЦИЯ

В представленной статье анализируется структура и семантика микрополя лимитативности, которое является центральным в структуре функционально-семантического поля аспектуальности в латинском языке.Семантическое ядро данного микрополя образуют зоны перфективности и имперфективности. Формальные средства выражения лимитативности представлены аналитическими конструкциями с фазовыми глаголами, глагольными временами системы перфекта, а также лексико-семантическими разрядами предельных/непредельных глаголов.

ABSTRACT

The present article deals with the micro-field limitativity in Latin language. Its structure, semantics as well as its constituents are questions under research.The semantic core of above-mentioned micro-field consists of the zones of perfectivity and imperfectivity.  The formal means of its expression are analytic constructions with phasal verbs, tenses of the Perfect system as well as lexico-semantic groups of telic/atelic verbs.

 

Отношение к пределу лежащее в основе единственной четко выраженной в латинском языке аспектуальной оппозиции имперфект/перфект-плюсквамперфект дает все основания определить микрополе лимитативности в качестве ядра функционально-семантического поля (ФСП) аспектуальности. Это согласуется со значением, которое приписывал термину «лимитативность» Х. Серенсен, употребив его для определения семантической зоны видовых категорий «Крайними областями семантической зоны видовых категорий является, с одной стороны понятие границы (limite) или ограничения (limitation) и, с другой – абсолютная противоположность этого понятия»[5, с. 184]. Согласно с распространенной в аспектологии точкой зрения, лимитативность  – это семантическая категория, объединяющая различные типы отношения действия к пределу [1, с. 45]. Упомянутая категория формирует одноименное микрополе составляющими  которого являются разноуровневые языковые средства, служащие для выражения данного отношения. Выбор предела в качестве центрального признака обуславливается тем, что оннепосредственно связан с качественными изменениями ситуации, в частности, с ее началом, концом, переходом субъекта или объекта в иное состояние, достижением цели  и т. п. [3, с.275],  то есть, признаками  традиционно относящимися к сфере качественной аспектуальности.    

С учетом дифференциальных признаков различается внешний и внутренний, реальный и потенциальный, эксплицитный и имплицитный, абсолютный и относительный предел [1, с. 46 – 51]. Все эти признаки, как свидетельствует фактический материал, присущи также лимитативности в латинском языке.

Внешний предел, который является наиболее выразительным, реализуется с помощью элементов контекста, указывающих на достижение критической точки, а следственно – на прекращение ситуации. Такими элементами выступают обстоятельства времени и определенные типы подчиненных предложений (в частности, предложения времени с союзами dum, donec, quoad «пока (не)»), которые ограничивают ситуацию, напр.:

Semper ego usque ad hanc aetatem ab ineunte adulescentia // tuis servivi servitutem imperiis et praeceptis, pater (Pl. Trin. 301 – 302) – Отец, я всегда с раннего детства аж до сих лет всегда выполнял твои приказания и наставления*.

Carpeviam, donecveniasadfluminisortus (Ov. Met. 11, 36) – Держись пути, пока не придешь к истокам реки.

Обычным контекстуальным средством выражения внешнего предела также выступают синтагмы с существительным finis «конец» (finemfacere, adfinemadducere/venireи т. п.), напр.:

Sermoni iam finem face tuo (Pl. Asin. 603) – Уже заканчивай свой беседу.

…cum in circulum venisset, in quo aut de re publica disputaretur aut de philosophia sermo haberetur, numquam inde prius discessit, quam ad finem sermo esset adductus (Nep. Epam. 3) – …когда (Эпаминонд) приходил в компанию, в которой размышляли о государстве или о философии, он никогда не покидал ее прежде, чем беседа не была доведена до конца».

Внутренний предел может заключаться в значении глагольной лексемы (напр., finire, terminare) или реализоваться акциональной семантикой предикатов (предельные глаголы и телические предикаты). Их формальным маркером преимущественно служат префиксы с помощьюкоторых образуются ингрессивный и эгрессивный способы глагольного действия (ad-, in-, de-, e(x)-, per-). Например:

Exhortationes suas Seneca mirabili sententia terminavit (Lact. Inst. 6, 24, 12) –Свои восхищения Сенека окончил удивительным высказыванием.

…quod ad Siciliam attinet eo anno debellatum est (Liv. 26, 40, 18) – …что касается Сицилии, в этом году война была прекращена.      

Префиксально выраженная лимитативность является слабой, которой присущ потенциальный характер. У глаголов с ингрессивным значением понятие предела относится не ко всему объему ситуации, а только к ее начальной стадии, после которой ситуация может иметь продолжение, которое находится вне рамок  «окна наблюдения» [4, с. 355].

Потенциальный характер «акциональной» предельности («направленность к пределу» [2, с. 320]) проявляется также в том, что предельные глаголы, употребляясь в формах с имперфективной семантикой или имперфективном контексте, выражают лишь тенденцию к достижению предела.

Bacchus et afflictis requiem mortalibus affert (Tib. 1, 7, 41) – Вакх также приносит отдых утомленным смертным.

Iura dabat populis posito modo praetor aratro… (Ov. Fast. 1, 207) – Претор давал народам законы, едва отложив плуг….

Наряду с этим в подобных случаях не исключена реальная  достигнутость предела, особенно если это подкреплено контекстом, как в следующем случае, где на осуществление действия открывания ворот (aperiturostium) указывает дальнейшее изложение событий (video).

…aperitur ostium: // Menaechmum eccum ipsum video: progreditur foras (Pl. Men. 108 – 109) – …открываются ворота: вотвижу самого Менехма; идет к двери.

Внутренний предел может выражаться с помощью конструкции «фазовый глагол с соответствующим значением (desino, desisto, cesso) + инфинитив»:

…ut quiescant […] moneo et desinant // maledicere…(Ter. Andr. 21 – 22) …напоминаю, чтобы они […] успокоились и прекратили ссориться….     

Наиболее выразительным средством, с помощью которого реализуется внутрений эксплицитный предел, его сильной разновидностью, являются видо-временные формы, образованные от основы перфекта. Его спецификой является темпоральный характер, то есть, не столько обозначение прекращения ситуации вследствие ее исчерпанности, сколько прекращение времени ее существования, как в нижеприведенном примере, где наличие наречияprope«почти» свидетельствует о том, что ситуация не достигла своей критической точки, которая характеризировала бы появление нового качества:

Prope oblitus sumquod maxime fuit scribendum (Cic. Fam. 8,14,4) – Я едва не забыл то, что  следовало написать.

В противоположность им формы с семантикой имперфективности, представляя процессные ситуации, могут выражать лишь потенциальный предел:

…homines […] currebant cum sacrificiis ad templum… (Aug. Epist. 140, 18) – …люди […]с жертвоприношениями бежали к храму… .

Между потенциальным пределом и имперфективностью существует односторонняя связь, поскольку потенциальный предел предусматривает присущую имперфективности процессность, но не каждая имперфективность предусматривает потенциальный предел, что, в частности, присуще непредельным глаголам, напр.:

Mille greges illi […] per herbas // errabant… (Ov. Met. 4, 634 – 635) – Тысячиего (= Атланта) стад […] блуждали полями….

         В отличие от конкретно определенного реального предела потенциальный предстает как факультативный «диффузный элемент», который может сопровождать значение процессности [1, с. 48].

Потенциальный предел всегда имплицитен, поскольку лишен непосредственного выражения и может проистекать только из контекста. Это свойственно  для  praesenshistoricum, обозначающего прекращенные ситуации,а такжеимперфектаупотребленного вобщефактическом значении:

Dum haec Romae geruntur, legati ab Ardea veniunt […] auxilium prope eversae urbi inplorantes (Liv. 4, 9, 1) – Пока это происходит в Риме, прибывают послы из Ардеи […], взывающие о помощи почти разрушенному городу.

Dicebam, pater, tibi, ne matri consuleres male (Pl. Asin. 938) – Я говорил  тебе, отец, не советоватьплохоматери.

Анализ семантики лимитативности и средств ее реализации в латинскомязыке дает основания утверждать, что ее семантическое ядро составляет грамматически выраженная лимитативность темпорального характера, лежащая в основе латинского аспекта. На периферии расположено противопоставление ателичности/теличности реализованное на уровне акциональностии контекста. С учетом этого функционально-семантическое микрополе лимитативности можно определить как моноцентрическое с гомогенным ядром образованным видо-временными формами системы перфекта, а также презенсом и имперфектом индикатива.  Параядерная зона представлена грамматическими формами образованными от основы инфекта,которым свойственна нерегулярность выражения предела, зависимость от контекста и/или акциональной семантики глаголов.  На периферии поля расположены лексико-семантические разрядыпредельных/непредельныхглаголов, конструкции с фазовыми глаголами, а также обстоятельственные средства выражения лимитативности.


*Здесь и далее перевод автора статьи.


Список литературы:
  1. Бондарко А.В. Лимитативность //Теория функциональной грамматики: Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. – Л.: «Наука», 1987. – С.45 – 63.
  2. МасловЮ.С. К основаниям сопоставительной аспектологии// Маслов Ю. С. Избранные труды. Аспектология. Общееязыкознание. М.: Языки славянской культуры, 2004. –  С.305 – 364.
  3. Моисеева С. А., Никитина М. Ю. Об условиях реализации аспектуального значения предельности/непредельности глагольного действия во французском языке // Грамматика разноструктурных языков. Сборник статей к юбилею проф. В.Ю. Копрова. – Воронеж: Наука-Юнипресс,2011. – С.275–280.
  4. Плунгян В.А. Введение в грамматическую семантику: грамматические значения и грамматические системы языков мира. –М.: РГГУ,2011. – 672с.
  5. Серенсен Х.К. Вид и время в славянских языках (отрывки) //Вопросы глагольного вида/ред.  .С. –М.: Изд-во иностранной лит-ры,1962. –С. 184–196.
Информация об авторах:

Чернюх Богдан Васильевич Chernyukh Bohdan

канд. филол. наук, доцент Львовского национального университета имени Ивана Франко, 79000, Украина, г. Львов, ул. Университетская, 1

candidate of philology, associate professor, Ivan Franko National University of L’viv,79000, Ukraine, Lviv, st. University, 1

 

 


Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), регистрационный номер ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013
Учредитель журнала - ООО «МЦНО»
Главный редактор - Грудева Елена Валерьевна

Информация о журнале

Выходит с 2013 года

ISSN: 2311-2859

Св-во о регистрации СМИ: 

ЭЛ №ФС77-54436 от 17.06.2013

Скачать информационное письмо

Размещается в:

doi:

elibrary

cyberleninka

google scholar

Ulrich's Periodicals Directory

socionet

Base

ROAR

OpenAirediscovery

CiteFactor

Быстрый поиск

Поделиться

Лицензия Creative CommonsЯндекс.Метрика© Научные журналы Universum, 2013-2019
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Непортированная.