Международный
научный журнал

Решение собрания и его место в системе юридических фактов


The decision of the meeting and its place in the system of juridical facts

Цитировать:
Тахтенкова А.О., Дьяченко Е.М. Решение собрания и его место в системе юридических фактов // Universum: Экономика и юриспруденция : электрон. научн. журн. 2017. № 3(36). URL: http://7universum.com/ru/economy/archive/item/4415 (дата обращения: 11.12.2019).
 
Прочитать статью:

Keywords: the decision of the meeting, a legal fact, the system, will, purpose

АННОТАЦИЯ

В данной статье авторы анализируют положения ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, изучают подходы к пониманию решения собрания, а также определяют его место в системе юридических фактов.

ABSTRACT

In the article the authors analyze provisions of art. 8 of the Civil Code of the Russian Federation, study approaches to understanding the decision of the meeting as well as determine its place in the system of juridical facts.      

 

В науке гражданского права долгое время оживленные дискуссии вызывал вопрос о том, является ли решение собрание юридическим фактом вообще и сделкой в особенности. До сентября 2013 года в гражданском законодательстве Российской Федерации решения собраний не рассматривались в качестве самостоятельного юридического факта, к тому же   ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющая основания возникновения, изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей, они не упоминались.

Однако положения, изданные в сентябре 2013 года, внесли существенные изменения в сложившуюся систему гражданско-правовых юридических фактов.

1 сентября 2013 года решение собрания на законодательном уровне признано юридическим фактом. Федеральным законом «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 30.12.2012 года № 302-ФЗ [9] статья 8 части первой ГК РФ была дополнена пунктом 1.1, устанавливающим, что гражданские права и обязанности могут возникать из решений собраний в случаях, предусмотренных законом. Этим же нормативным актом перечень способов защиты гражданских прав, закрепленный в ст. 12 ГК РФ, дополнен новым способом - «признание недействительным решения собрания».

Это не означает, что до вышеуказанного периода решение собрания как правовая категория отсутствовало в хозяйственной и правоприменительной практике. Наибольшее распространение решения собраний получили в сфере корпоративных правоотношений, так как процедура принятия такого решения должна осуществляться исключительно в рамках действующего законодательства на основании общих собраний участников (акционеров, членов и др.).

В настоящее время среди ученых нет единого мнения о том, что же представляет собой юридический факт, как правовая категория.

Одна группа ученых считает, что юридические факты – это такие обстоятельства и поступки, такие состояния, которым закон придает юридическое значение. Это значение проявляется во влиянии этих факторов на правоотношение, его возникновение, наличие и развитие. Другая группа теоретиков права определяет юридический факт, как конкретное жизненное обстоятельство, с которым юридическая норма связывает возникновение, изменение или прекращение правовых последствий.

Под юридическим  однако фактом в учебной  аналогичного и научной литературе,  способен как правило,  несколько понимают такое  нечто реальное жизненное  воля обстоятельство, с правовой наступление моделью которого  заключается право связывает  части определенные юридические  совершение последствия, и фактическое  интересы наступление которого свести влечет такие  решения последствия. Уже  действия в этом определении  движущей заметно своеобразие  учебной юридических фактов. Во-первых,  изменения это конкретные  правовые жизненные обстоятельства,  события элементы объективной  наибольшее социальной действительности. Как  части подчеркивал О.А. Красавчиков,  анализа это факты  движущей реальной действительности,  качестве то есть явления,  юридически существующие независимо  однако от нашего сознания  можем [7]. Ученый отмечал, что юридические факты выступают в качестве общей правовой предпосылки и частной основы возникновения, изменения и прекращения гражданских правоотношений. Во-вторых, это обстоятельства, признанные нормами права, прямо или косвенно отраженные в законодательстве.

В.Б. Исаков в несколько нестандартной форме определил юридические факты, как канал связи права с жизнью – учет фактических обстоятельств в процессе реализации правовых норм: правовые предписания исполняются не слепо, они вступают в силу при наличии социальных фактов.

Таким образом, факты, с которыми нормы права связывают правовые последствия, называются юридическими фактами.

Важной для понимания юридического факта является позиция Д.Д. Гримма. «В его интерпретации – это не движущая сила (причина) возникновения и динамики юридических отношений, но лишь их юридически значимые (существенные) характеристики (свойства, качества) фактических (жизненных) отношений. Юридическими фактами могут быть всякие обстоятельства реальной действительности, но лишь постольку, поскольку они выделены нормами объективного права в качестве юридически существенных признаков, регулируемых ими (юридических) жизненных отношений. Реальной движущей силой права и юридических отношений являются те же самые факторы, которые вызывают динамику жизненных отношений» [2].

Важнейшей чертой юридического факта, по мнению Г.Ф. Шершеневича, являются правовые последствия, в частности, возникновение, изменение или прекращение гражданских правоотношений [14]. М.А. Рожкова определяет такие правовые последствия как реальный правовой результат [10]. К.И. Скловский выделяет еще один вид последствий действия юридических фактов – «юридический эффект». Автор приводит примеры таких юридических фактов – сделки по одобрению других сделок, наделению и прекращению полномочий, реализации преимущественных прав [11].

Своеобразную позицию по данному вопросу занимал С.Ф. Кечекьян. Он считал юридические факты непосредственной причиной возникновения и прекращения правоотношений, но одновременно подчеркивал, что свести полностью причинные связи к зависимости правоотношений от юридических фактов значило бы отдать дань «юридическому мировоззрению» [5].

В общей теории права и цивилистике признано деление юридических фактов на события и действия в зависимости от наличия воли лиц, вступающих в юридические отношения. Д.И. Мейер акцентировал внимание на общем определении действия, что оно есть проявление воли; воля же – врожденная способность человека, которая принимается как нечто данное, готовое, – сила, которая проявляется наружу. Только акты воли, проявившиеся вовне, подлежат правовому регулированию [8].

Основанием для признания поведения личности юридически значимым служит то, что воля и сознание человека являются активизирующими моментами развития определенных событий, в которых человек принимает участие. От сознания и воли человека зависит совершение того или другого действия, и, если оно совершено, то авторы предлагают дать этому действию соответствующую юридическую оценку.

Решение собрания, безусловно, зависит от воли его участников. Нет сомнений, что решение собрания – это именно действие. Здесь важна не просто воля, а согласованная воля участников собрания, направленная на достижение одной общей цели. О.А. Красавчиков такие юридические факты обозначает как особые виды действий: «Среди проблем юридических фактов приобретает определенный интерес вопрос о юридической оценке действий двух и более лиц. При этом имеются в виду те случаи, когда действия двух и более лиц влекут за собой не «разрозненные» (самостоятельные, отдельные) правовые последствия, а приводят к единому, общему для данных действий правовому результату» [7].  

Очень важным в определении решения собрания как действия является указание не только на волевой признак, но и на признак правомерности (законности) [1]. Под правомерным понимается такое действие, на которое лицо имеет право. Иными словами, законным действием лицо осуществляет свое право, незаконным – нарушает право другого лица. Относительно признака правомерности, как признака сделки Г. Ф. Шершеневич утверждал, что воля должна быть направлена на допустимую законом цель, а юридическая сделка является дозволенным действием [14]. Е. В. Васьковский характеризовал сделку как правомерное (дозволенное) действие [3]. Примечательно сформулировал признак правомерности Н. Л. Дювернуа. Одним из условий действительности сделки он считал облечение акта выражения воли в определенную законом форму (соблюдение обрядности или наружного формализма волеизъявления) [4].

В качестве позитивного момента внесенных в ГК РФ изменений следует отметить, что решение собрания на законодательном уровне признано самостоятельным основанием возникновения, изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей наряду с другими юридическими фактами. Вплоть до внесения в ГК РФ указанных выше изменений решения собраний участников, в частности юридических лиц, рассматривались в науке не только как юридические факты особого рода, но и как сделки (односторонние или многосторонние), и даже как нормативно-правовые акты. Например, Н.В. Козлова считает, что все акты внутренних органов юридических лиц, в том числе и их решения, выступают в качестве многосторонних сделок [6]. В обоснование своей позиции она указывает на то, что они обладают признаками сделки. Основной недостаток такого определения, отмечаемый критиками, состоит в том, что действия участников, посредством которых принимаются решения, не совпадают с самими решениями. Г.С. Шапкина подчеркивает, что «решения, как правило, затрагивают права и законные интересы акционеров, но не в качестве лиц, выступающих стороной в сделке, а как участников общества в рамках корпоративных отношений, регламентируемых специальными правовыми нормами» [13]. Другая точка зрения на правовую природу актов органов управления обществом заключается в том, что такие акты определяют, как источники права, а именно локальные нормативные акты. К сторонникам этой позиции можно отнести Т.В. Кашанину, С.И. Носова, И.С. Шиткину, Р.С. Кравченко, В.В. Лаптева. Близка к ней позиция ученых, полагающих, что решения органа управления хозяйственным обществом являются ненормативными правовыми актами [12].

В качестве негативного момента можно отметить, что в статье 181.1 ГК РФ отсутствует четкое определение и признаки понятия «решение собрания».

Исходя из анализа понятия «юридический факт» следует отметить следующие признаки решения собрания, как юридического факта:

  1. это волевое и коллективное действие двух и более лиц;
  2. это правомерное действие;
  3. целенаправленное действие;
  4. создает правовые последствия для всего гражданско-правового сообщества вне зависимости от степени участия отдельных субъектов данного сообщества в собрании (то есть и для тех лиц, которые не принимали участие в собрании или воздержались от голосования).

Таким образом, именно такой юридический факт, который содержит в себе вышеназванные признаки, согласно п. 2 ст. 181.1 ГК РФ способен породить гражданско-правовые последствия, на которое он направлен, для всех лиц, имевших право участвовать в собрании и принимать решения (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других – участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений. При этом стоит обратить внимание, что в собрании могут участвовать лица, привлеченные в качестве экспертов и консультантов (юристы, экономисты, аудиторы и другие), для которых в связи с принятым на собрании решением не возникает никаких правовых последствий.

 


Список литературы:

1. Андреев В.К. Решения собраний // Цивилист. 2013. № 3.
2. Белов В. А. Учение о сделке в российской доктрине гражданского права / Сделки: проблемы теории и практики: сборник статей. М.: Статут, 2008.
3. Васьковский Е. В. Учебник гражданского права. М.: Статут, 2003.
4. Дювернуа Н. Л. Чтения по гражданскому праву. Учение о вещах. Учение о юридической сделке. М.: Зерцало, 2004.
5. Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. М.: АН СССР, 1958.
6. Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. М.: Статут, 2005.
7. Красавчиков О. А. Категории науки гражданского права. М.: Статут, 2005.
8. Мейер Д.И. Русское гражданское право. М.: Статут, 2003.
9. О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации: Федеральный закон Российской Федерации от 30.12.2012 № 302-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2012. № 53 (ч. 1). Ст. 7627.
10. Рожкова М. А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. М.: Статут, 2009.
11. Скловский К. И. Сделка и ее действие. М.: Статут, 2012.
12. Тарасенко Ю.А. Срок на обжалование решений общего собрания: пресекательный или давностный? // Правосудие в Поволжье. 2004. № 5.
13. Шапкина Г.С. Применение акционерного законодательства. М.: Статут, 2009.
14. Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М.: Спарк, 1995.

Информация об авторах:

Тахтенкова Александра Олеговна Tahtenkova Alexandra

магистрант ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет», 350040, РФ, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149

Master’s degree student, Kuban State University, 350040, Russia, Krasnodar, Stavropolskaya street, 149


Дьяченко Елена Митрофановна Dyachenko Elena

канд. юрид. наук, доц. кафедры гражданского права, ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет», 350040, РФ, г. Краснодар, ул. Ставропольская, 149

Candidate of Juridical Sciences, Associate Professor of the Department of Civil Law, Kuban State University, 350040, Russia, Krasnodar, Stavropolskaya street, 149


Читателям

Информация о журнале

Выходит с 2013 года

ISSN: 2311-4282

Св-во о регистрации СМИ: 

ЭЛ №ФС77-54432 от 17.06.2013

ПИ №ФС77- 66234 от 01.07.2016

Скачать информационное письмо

Размещается в: 

doi:

cyberleninka

google scholar

Ulrich's Periodicals Directory

socionet

elibrary

Base

ROAR

OpenAirediscovery

CiteFactor

Поделиться

Лицензия Creative CommonsЯндекс.Метрика© Научные журналы Universum, 2013-2019
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Непортированная.